Ученицы выскользнули из дома наставницы легко и бесшумно, словно тени, шелестя шелками. Каждая при выходе надевала башмачки, сшитые из листьев, ведь у апсары и подошвы ног должны быть чистыми, как лепестки лотоса. Обувь была щедро украшена ленточками, разноцветными бусинами или цветами — так каждая ученица могла отличить свою пару.

Анджали, как и было велено, задержалась. Когда они с наставницей остались вдвоем, ученица получила две крепкие пощечины.

— Это для того, чтобы ты знала свое место, — жестко сказала Мекха. — Хула на богов — самое страшное преступление. Твое имя означает «покорность», так будь его достойна. Или назовись Авахаси.[2]

Анджали вышла из дома наставницы с горящими щеками, и к ней тут же подбежали две девушки, ждавшие до этого в тени. Такие же красивые, но смуглые, как палочки корицы, они сочувственно заахали, сразу поняв, что произошло. Одна из них — маленькая и подвижная, как птичка, с дерзким взглядом и коротковатой верхней губой, укоризненно покачала головой:

— Всегда одно и то же… Когда же ты угомонишься, моя дерзкая подруга? Приложи браслеты к щекам, чтобы не осталось следов.

— Нам надо поторопиться, скоро начнется урок танца, а наставница не любит, когда опаздывают, — робко сказала вторая — тоненькая, как бамбук, с коровьими томными глазами. — Тогда мы все будем наказаны.

— Ты думаешь только о себе, Ревати! — раздраженно бросила маленькая. — Как Анджали покажется с таким лицом⁈

— Она права, Хема, — Анджали прижимала к щекам стеклянные браслеты, но они мало помогали. — Наставница Сахаджанья не любит опозданий, а я не люблю пропускать ее уроки. Поспешим!

Девушки побежали в сторону разросшегося баньяна, под которым виднелся длинный дом, обмазанный известью. Анджали бежала посредине, а Хема и Ревати — по обеим сторонам от нее, как верные телохранители.

В их союзе Анджали была самой яркой и талантливой, Хема добавляла озорства и дерзости, а Ревати находилась в тени подруг, слепо восхищаясь всем, что бы они ни говорили и ни делали. Каждую из трех устраивала такая дружба, и давно, еще только поступив в школу апсар, они принесли клятву верности, пообещав, что никогда не расстанутся, и всегда будут любить друг друга крепче, чем сестры.

Возле дома под баньяном раздавались звонкие голоса. На занятия пришли и старшие ученицы, которым уже в этом году предстояло выйти на сцену с танцем, представляющим их мастерство. Они важничали и держались в стороне, высокомерно поглядывая на младших, которые усердно повторяли задания прошлого урока, вспоминая замысловатые ритмы и разминая мышцы.