— Я… не знала. Странно.

Но можно ли ей доверять? Или всё относительно, и няня просто не стала рассказывать о своей роли при дворе. Ведь если изначальна она и служила императору, то потом стала заботиться обо мне, заменила мать, отца, учителей, подруг. Лучше поговорить с ней о Мелинде.

— Мне сложно даются откровения, — призналась я честно.

— Понимаю. И могу лишь заверить в том, что не желаю тебе зла, Джослин. И со временем доказать правдивость своих слов.

Сфера безмолвия вдруг лопнула, вынуждая нас замолкнуть и резко развернуться к возмутителю спокойствия.

— Прошу прощения, — смутно знакомый мужчина чуть склонил голову.

Он опирался на трость, и именно этот предмет помог освежить память. Именно он пристал в музее к Кэтрин и нагрубил мне.

— Моррис, вы бестактны, как всегда, — прямо заявила Мелинда.

— Извинений недостаточно? — притворно изумился он.

Дракон выглядел представительно в тёмно-сером костюме с нашейным платком, в котором сверкал прозрачный камень. Тёмные волосы были отведены от лица, карие глаза хищно блестели.

— Считаете, что вам спустят любую гадость, если потом принести извинения? — насмешливо фыркнула Мелинда. — Мы общались, вы нас прервали.

— Я увидел знакомые лица, решил поздороваться и предложить свою компанию. Погода изумительная, не правда ли, Мелинда, Джослин?

— Мы не знакомы, — забывшись, сообщила ему я.

— Как же? Мы пересекались с вами в музее. Правда, тогда я не знал, что имею честь общаться с загадочной супругой Вилдбэрна. Жаль, испортил всё впечатление о себе, — он ещё приблизился. — Позвольте исправить свою оплошность. Я Оскар Моррис.

— Джослин Вуд, — мужчина вызывал лишь неприязнь, но я старалась быть вежливой, потому пожала его руку.

В конце концов, насколько помню, род Моррис тоже входит в Совет. Мне нет резона ссориться с ним на пустом месте. Тем более, надеюсь, мы больше не пересечёмся.

— Ну вот и познакомились, пожалуй, мы вернёмся к женским секретам, — между нами вклинилась Мелинда, словно ограждая меня от взгляда дракона.

— Вы так спешите от меня избавиться, что я начинаю ощущать себя навязчивым.

— Почему только ощущать? — осведомилась она иронично, а Моррис рассмеялся.

Похоже, они были хорошо знакомы, раз Мелинда позволяла себе так ему грубить.