— И его убили, — протянула я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Он погиб не в бою, — качнул головой Грант.

— Зато теперь есть Совет. Столько семей возвысились, ваша, в том числе.

Я помнила, что на подобный выпад Итан отреагировал довольно жёстко, возможно, и мой собеседник тоже разозлится. Может, выдаст информацию, которой не собирался делиться. Но больше хотелось бы просто избавиться от его внимания чрезмерной бестактностью.

— Недолюбливаешь аристократов? — понимающе кивнул он.

— Временами, — соврала я. — Разве смерть императора не на руку роду Грант?

— Андервуда свергли не ради получения власти, — ответил он хлёстко.

— Но выглядит всё именно так, — я продолжала медленно плести страницы, только он вдруг перехватил меня за руку, вынуждая заглянуть в его глаза.

— Но не так на самом деле, — заявил он твёрдо.

— Лишь с ваших слов, жнец Грант, — мой голос прозвучал холодно, чтобы напомнить о границах, и он отпустил меня, позволяя снова вернуться к работе. — Может, тогда поделитесь истинными причинами, — предложила ему, добавив снисходительных ноток во фразу.

Внутренне дрожала, всё же общалась с высокородным, преподавателем, но всё равно сознательно его злила и провоцировала, хоть в итоге это могло вылиться в проблемы в будущем.

— Ладно, — мрачно отозвался он. — Андервуд мог воздействовать на Разлом, он был важен для страны. Его бы не стали убивать без веской причины.

— У него подрастали дочери. Возможные носители дара, которых можно воспитать удобным образом, — парировала я.

Няня часто об этом говорила. Если бы она меня не спасла в день переворота, я бы попала в семью кого-то из Совета. Мне бы подобрали удачную партию, указали «правильный» путь. И наверняка воспитывали бы в ненависти к предателю-отцу. Может это не так уж и плохо, но я прохожу иной путь.

— И что на твои уколы говорит Итан? — вдруг слегка язвительно поинтересовался Грант.

— Для нас обоих эта тема неприятна, потому мы её не поднимаем, чтобы не ссориться.

— Почему она неприятна тебе?

— Я лишилась родителей из-за переворота, — поделилась бесстрастно, накладывая конец нити на начало плетения.

Оно вспыхнуло голубоватым светом, формируясь в три страницы. Работа на сегодня завершена. Удивительно, учитывая, как нервно проходит разговор.

— Сочувствую.