Теперь она кричала, и моей ответной реплики больше не ждала.
Хорошо.
— Смотри, я стою на самой вершине, но и всё ещё там, в переулке. На мне самая дорогая одежда, но я чувствую те порванные дешёвые тряпки, в которых ты меня нашёл. Так что это, если не обман, Шаакси? Кто ты, если не лжец?! Столько лет, столько лет, я столько отдала — чтобы снова вернуться к тому же самому?! Это твоя магия, верно? Это из-за тебя, имея всё на свете, я не могу этому радоваться! Это ты сделал со мной!! А значит, я уничтожу, растерзаю тебя в ответ!
Я рассмеялся, и отзвук моего безумного смеха покатился по роскошному пентхаусу, задавая атмосферу и сплетаясь с биением вырезанного сердца.
Знал, конечно, что веселье заставит её быть чуть более изобретательной с охотничьим ножичком, но пора было двигать эту игру дальше… Да и, несмотря на слабость от кровопотери, смешно всё же правда было.
В этом ваша проблема, ребята. Бедулечка каждого из вас, моих помешанных на власти и славе клиентов: вы верите, что, став самыми-самыми, почувствуете себя защищёнными, счастливыми и свободными, что на вершине пищевой цепочки никто не может обидеть, что срать на других, оказавшись на верхней жёрдочке насеста, крайне приятно… Но вы не на вершине. Как и мы, демоны, вы просто тешите себя приятными иллюзиями на этот счёт.
Иллюзиями, которые, как любой замок из карт, в любой момент могут рассыпаться пылью — что непременно и случится, когда дорогу вам перебежит хищник крупнее или умнее. И вся жизнь наверху проходит в ожидании этого самого хищника, потому что, чем выше ты забрался, тем больше страх всё потерять.
Так было и будет, всегда.
Я не сказал ни слова об этом вслух, конечно. Но тени отозвались на мой смех, пришли на зов древних знаков, которые я нарисовал своей кровью, пока она отвлеклась.
Тени клубились по углам. Мы с ними были знакомы задолго до офисов; они не отказались оказать мне услугу.
—
Её ярость была уже осязаемой, пропитанной ненавистью, но под этим налётом я отчётливо слышал тонкий, надрывный голос испуганной, одинокой, всеми покинутой и преданной девочки.
Она уже почти готовенькая, и только бы человеческое тело не отключилось раньше времени!
— Дорогая, — улыбнулся я, догадываясь, как моя улыбка будет смотреться, учитывая кровавые декорации (терпи боль, придурок: ты не человек и знаешь, насколько любая боль иллюзорна) и общее ментальное состояние клиентки. — Ты поняла это только теперь? Правда? Разумеется, люди ничем не владеют на самом деле. У вас нет ничего, кроме вас самих. И попытки заполнить сосущую, кричащую, жадную пустоту внутри деньгами, любовями, побрякушками, почитателями — это всего лишь очень жалкая замена. Так что не надо обвинять меня в том, что ты построила сама, хорошо? Жизнь устроена так, что никто не может ничего получить, не заплатив за это цену. И особенно это касается власти, почитания, величия. Ты не одинока в своих сожалениях, дорогая, но смирись: того, о чём ты мечтала, никогда не существовало. Я, демон из отдела тщеславия, знаю об этом получше прочих.