«Если старость — закат зрелости, которая уходит за горизонт, значит, и старость может быть такой же прекрасной, как закат? Может, такая аналогия покажется кому-то странной, но меня она устраивает. Но не упустила ли я свой шанс?» — вздохнула Наталья Николаевна, посмотрев на соседний участок.

Вернувшись домой, она тут же по телефону рассказала подруге о своих странных чувствах:

— Я его не узнала, нет. У меня просто сердце екнуло, как будто оно его узнало, само узнало, отдельно от меня…

— А чего же это оно у тебя не екнуло там, в Москве?

— И там оно екало, но во всем виноват, наверное, мой возраст…

— Во всем виновата твоя трусость! Екало у нее! Что толку теперь изводить себя?

— Да, ты права…

Сердце ее снова замерло от волнения, когда Маша сообщила по телефону, что они летят домой с целой кучей гостей, чтобы отпраздновать и новоселье, и Мотин день рождения. Маша перечислила всех гостей. Наталья Николаевна слышала, что среди них была и Мотина крестная, но имени крестного она не услышала.

«Ну и хорошо. Зачем мне лишние волнения? У меня сейчас забот полон рот, стольких гостей надо достойно встретить!» — успокаивала она себя.

Вопреки заверениям Маши в том, что они все сделают сами по приезде, Наталья Николаевна начала активно готовиться к торжественному приему.

Но прием не получился торжественным, а вышел скорее сумбурным. Москвичи шумно и весело осматривали дом и окрестности, а по окончании осмотра уходить с улицы отказались наотрез. Поэтому столы для праздничного ужина решили накрыть на открытой террасе. В разгар шумной подготовки к ужину, когда женщины уже выставили на столах свои кулинарные шедевры, а мужчины под руководством Алексея Ивановича дожаривали шашлыки, у Максима зазвонил телефон.

Не отдавая себе отчета, почему она это делает, Наталья Николаевна стала прислушиваться к тому, что говорит зять.

— Ты же говорил, что придешь пораньше… А ты настройся. Мы скоро садимся за стол. Я понимаю, что идти тебе недалеко, но дело ведь не в расстоянии, да? Мы не можем начать без тебя, поэтому выходи, Леопольд! — рассмеялся Максим.

— Максим, мы еще кого-то ждем? — тревожно вглядываясь в лицо Максима, поинтересовалась Наталья Николаевна.

— Да, будет еще один гость. — Максим отвел взгляд в сторону. — Самый дальний, — добавил он, улыбнувшись.

Наталье Николаевне показалось, что в его последних словах прозвучала некая ирония. Чтобы унять непонятно почему возникшее волнение, она тут же уверила себя в том, что это ей и в самом деле показалось. Но через пять минут она поняла, что убеждала себя напрасно, потому что сердце и в самом деле не обманешь.