Мужчина пытался надавить на больное место Гайнара. Он понимал это прекрасно, но не собирался идти у него на поводу.

– Я не говорил этого! – от этих слов Ганс вздрогнул.

Разве мог этот мужчина так говорить о родной сестре? Спокойно. Словно она была ему никем. А может, так и было на самом деле, ведь пути их жизней разошлись очень давно.

Эла перестала быть частью рода Рэванс, когда ее семью зверски убили в том старом особняке.

– Королева Убийц и ее дело полностью принадлежит мне и моим людям. Я не приказывал ловить Аса, а только ее саму. Так что ваша игра совсем не к месту.

– Карты! – закричал буквально Сафитос, когда его потащили на выход. – Они не лгут, говоря правду. Им нет смысла врать, они предсказывают будущее, прошлое и настоящее. Пес тоже верит в это! По крайней мере, за эту неделю начал верить!

Рэванс удивился, но не показал свое удивление. Ганс был в плену неделю, а значит, у Ричарда совсем не оставалось времени. Просто чудо, что его сестра не пришла раньше этого дня. Она бы застала их всех врасплох. И легко бы убила, не моргнув и глазом. Сафитос словно собрался с силами и оттолкнул мужчин, бросаясь с кинжалом на закованного Пса, которого крепко связывали веревки.

Гайнар среагировал быстро. Вынув меч, что до этого момента крепко держался на его поясе, он закрыл пленника собой, встав на пути Герха, и нанес удар мужчине точно в сердце. Все произошло в считаные секунды. Острое лезвие серебряного меча довольно легко вошло в плоть того, кто работал на королеву-мать.

Мужчина в красном плаще не сразу осознал, что это был конец. Кинжал выпал из его руки и со звоном упал на холодный пол. Ужас, страх, боль застыли в глазах Герха, а потом им на смену пришла пустота. Его очи остекленели. Он умер. На удивление спокойный Рэванс опустил мертвеца на пол, вытащив свой окровавленный меч из плоти. Рэванс смотрел на мужчину и не понимал, как легко решился на убийство, однако точно знал, что теперь он был ничем не лучше сестры.

– У вас это в крови! – хрипло обратился к Гаю Бестал, довольно смотря на своего мертвого надзирателя.

Гай выглядел спокойным. Это было его первое убийство. Но самое ужасное было то, что он совершенно ничего не почувствовал, когда пронзил Герха насмерть, который, как оказалось, был верен матери Ричарда. Гай смог выделить за весь день пару минут, чтобы навестить Лиретту Марджери, которая находилась под домашним арестом в личных покоях. Ему хватило этого времени, чтобы взглянуть на ту, что была одержима всего одной мыслью – спасти сына любой ценой. Гайнар ненавидел ее, но Ричард по-прежнему оставался его другом, которому нужна была защита от Демонессы.