Эрамгедон вытянул вперед руку. Тронный зал словно со всех сторон накрылся удушающей свинцовой атмосферой. Сабина едва не вскрикнула, на ее глазах от испуга выступили слезы.

— Правда, клянусь!.. — прокричала она.

Но Эрамгедон схватил дрожащего Денти за шкирку и трепетно улыбнулся.

— Я сейчас разорву этого ребенка по кускам, и его смерть будет на твоей совести, Сабина.

— Нет… — по всему телу Оли побежал мороз.

Сабина широко округлила глаза от услышанного.

— Пожалуйста, не надо! — завопил Денти.

— И ты, дорогая Сабина, вместе с его остатками отправишься к самому Тэртосу. И если он оторвет тебе руку, то никто тебе ее не вылечит. — игнорируя крик Денти, сладко прошептал Эрамгедон.

Прижав свою тяжелую ладонь к мокрому лицу Денти, Император сквозь зубы прошипел, не отрывая своего взгляда с Сабины:

— Впредь будешь внимательнее следить за остальными и хорошо выполнять свои обязанности.

Вероника, Мариам и даже Элизабет восторженно улыбнулись, смотря на Эрамгедона. В их глазах кипел жар, губы Элизабет покраснели от обуявшей ее страсти. «Он жесток, мне это нравится…» — довольно подумала она, чувствуя, как сильно в ней забурлило желание прикоснуться к его крепкому могучему туловищу.

А Олю продолжало трясти от происходящего.

Эрамгедон крепко сжал Денти за руку и собрался живьем оторвать ее. Страшный крик мальчика прокатился по всему тронному залу эхом и болезненно вонзился в сердце Оли.

— Пожалуйста, не надо!

Оля в отчаянии рухнула к ногам Эрамгедона и крепко сжала подол его плаща. Она хотела спрятаться в его теплой прочной ткани. И она чувствовала, что он внимательно смотрел на нее.

Эрамгедону это польстило. Вечно недоступная, дерзкая, недовольная и злая — сейчас она молила пощадить этого мальчика. Ее острые коленки касались носков его сапог, дыхание было испуганным неровным и сквозь брюки обжигало его тело.

Когда к его ногам падал Гэриш, Эрамгедона охватывало жуткое омерзение. Но сейчас, смотря на Олю, его губы надменно растянулись в блаженной улыбке.

Он отбросил с себя Денти. Мальчик звонко шлепнулся на пол коленками, но боль не почувствовал — его переполнил шок от происходящего. Все любопытно смотрели на Олю. Эрамгедон наклонился к Оле, нежно коснулся пальцами ее подбородка и заставил заглянуть на себя. Оля смотрела ему в глаза, не моргая, лишь громко сглотнула.

Он потянул ее вперёд, к себе. Девушка приподнялась ватными ногами. Ее пугала эта жадная блестящая улыбка, но отвести свой взор от нее она не могла. Боялась, что любое лишнее движение не понравится Императору, и он убьет Денти.