— Как восстановит? — шепотом спросила удивлённая Аня.

— Тебе придется постоянно носить ее до тех пор, пока кости твоих пальцев не дорастут. — рассказывала Сатис, осторожно надевая перчатку на руку девушки. Аня смогла немного пошевелить пальцами и погрузила их в каждый проем. Нежный приятный гель плавно коснулся ее кожи, а открытые раны резко обожгло холодом. Девушка поморщилась, но нашла в себе силы терпеть.

— Я уже думала, что навсегда останусь такой…

— Главное не снимай. — напряженно добавила Сатис. — Я так восстановила свою руку, полностью. Тебе придется спать с ней, мыться с ней, тренироваться с ней…тренировки, наверное, пока придется отложить. Когда лечебный гель опустеет, надо сразу надеть новую перчатку. Но это лечение очень эффективно…

«Зато шрам душевной раны стереть уже не получится…» — мрачно думала Аня.

— …но требует терпения. — Сатис мягко ей улыбнулась.

Антон облегченно выдохнул:

— Как же хорошо, что у вас такие продвинутые технологии…

Сатис в ответ лишь усмехнулась.

Затем Сатис стёрла кровь с предплечья и плотно затянула белой веревкой перчатку вокруг запястья Ани. Теперь издалека ее рука выглядела очень огромной и надутой.

«Но зато боль проходит, и есть надежда на восстановление… — подумала девушка и тут же ощутила сильную ярость к Веронике. — Мерзкая, лживая тварь. Будь ты проклята за свое предательство…»

— Ребят, вам лучше поспешить в звездолёт. — нервно затараторила Сатис, убирая коробку с лекарствами на полку. — бегите, а мне надо найти остальных и помочь им…

— Нет, не иди туда! — крикнул Петер.

— Пойду!

— Одна? — ахнул Антон.

— Я главнокомандующая! — резко отчеканила Сатис, пронзив ребят блестящими глазами. — Там моя семья! Там мой отец, брат и моя мать! Приемная, но мать! Я не допущу, чтобы они пострадали из-за этого урода! Отпустите меня. Бегите в звездолёт. Я не могу идти с вами, зная, что моя семья в опасности.

Ребята друг с другом удивленно переглянулись.

— Ладно…

Антон помог приподняться Ане. Осторожно приобняв ее, он пошел к выходу. Петер и Феодосий направились следом. Сатис вышла последняя, бросив комнате печальный взгляд.

— Будь осторожна. — тихо сказал ей Петер.