Сэм молчал, пока мы переходили улицу. Я посмотрела вниз, но не смогла разглядеть бордюр сквозь ноги людей. Я так и думала…

Пальцы на моей правой ноге врезались в бордюр, по всей ноге стрельнула острая боль. Я споткнулась, стараясь не потерять равновесие.

— Дерьмо.

— Ты в порядке? — спросил кто-то, и это был не Сэм.

Я посмотрела направо и увидела пожилого мужчину в костюме, разговаривающего со мной.

— Ты должна обращать внимание на то, куда идёшь, а не на то, с кем разговариваешь по телефону, — посоветовал он и пошёл дальше, качая головой.

— Спасибо, придурок, за непрошеный совет! — крикнул Сэм, но безрезультатно. — Может быть, мне стоит подтолкнуть его к продавцу хот-догов?

— А ты можешь это сделать?

— К сожалению, нет, — печально вздохнул он. — Я ещё не придумал, как стать полтергейстом и передвигать вещи.

Немногие духи или призраки могли взаимодействовать со своим окружением, но я держала это при себе, когда дышала через отвратительно ужасную боль от ушибленного пальца.

— Кажется, я только что убила ногу.

Сэм придвинулся ко мне поближе, стараясь не задеть пожилую даму в плаще.

— Знаешь, почему так болят ушибленные пальцы? Это потому, что у них есть целый пучок нервных окончаний, которые обеспечивают сенсорную обратную связь с твоей центральной нервной системой. Поэтому, когда ты ударяешься пальцем ноги, эта боль быстрее передаётся в мозг. Кроме того, там мало тканей, чтобы смягчить удар.

— Не могу поверить, что ты это знаешь.

— Как я уже сказал, я много чего знаю. Не уверен, насколько это сейчас полезно, — сказал он, засовывая руки в карманы джинсов. — Быть мёртвым и всё такое.

— У меня есть для тебя кое-какие неожиданные сведения.

— Добей меня.

Улыбка тронула мои губы.

— Я не думаю, что полтергейсты на самом деле призраки или духи. Есть некоторые свидетельства, указывающие на то, что полтергейст — это скопление энергии живого человека.

— Серьёзно?