Трини.

Только Арахис называл меня так, все остальные звали меня Трин или Тринити.

Я закрыла свои воспалённые глаза, когда меня осенило. Арахис не знал, а я не была уверена, как рассказать ему, что раны, оставленные действиями Миши, ещё не затянулись. Если уж на то пошло, я наложила чертовски слабый бандаж на них.

Я старалась держать себя в руках. Едва справлялась. Так что меньше всего мне хотелось поговорить об этом с кем-нибудь, но Арахис заслуживал знать правду. Он хорошо знал Мишу. Он ему нравился, хотя Миша никогда не видел и не общался с Арахисом, и он приехал в Вашингтон вместе со мной, чтобы найти Мишу, вместо того чтобы остаться в общине Стражей в нагорье Потомак.

Конечно, я была единственной, кто мог видеть и общаться с Арахисом, но он чувствовал себя комфортно в общине. Для него было очень важно путешествовать вместе со мной.

Держа глаза закрытыми, я сделала долгий судорожный вдох.

— Ну, да, мы… мы нашли Мишу, и всё прошло… всё прошло не очень хорошо, Арахис. Его больше нет.

— Нет, — прошептал он. А потом повторил ещё громче: — Нет.

Я кивнула.

— Боже. Мне так жаль, Трини. Мне так чертовски жаль.

Сглотнув комок в горле, я встретилась с ним взглядом.

— Демоны…

— Это были не демоны, — перебила я его. — Я имею в виду, что не они убили его. Они не хотели его смерти. Он работал на них.

— Что?

В любой другой ситуации, потрясение в его голосе, позабавило бы, но не в этот раз.

— Он же был твоим Защитником.

— Он сам организовал похищение и всё остальное, — я подтянула колени под одеяло и прижала их к груди. — Даже подстроил так, чтобы в тот злополучный день Райкер увидел меня за использованием благодати.

— Но Райкер убил…

Маму. Я снова закрыла глаза и почувствовала, как они горят, словно внутри меня ещё остались слёзы.

— Я не знаю, что было не так с Мишей. Всегда ли он… ненавидел меня, или всё дело в связи Защитника. Я узнала, что он никогда не должен был быть связан со мной. Это всегда должен был быть Зейн, но произошла ошибка.