— Это то, что привело к концу Истиннорождённых и Защитников, — Зейн сжал мою руку. — Разве не так?

Жнец кивнул.

— Стражи потребовали, чтобы беременность была прервана до того, как Альфы узнают об этом. Были некоторые Истиннорождённые, которые согласились, но были и другие, которые этого не сделали. Те, кто стоял за спиной молодой пары и требовал, чтобы их ребёнок мог жить. Как бы то ни было, Защитник уже был физически ослаблен их любовью. Божественное наказание было вынесено.

— Но этого было недостаточно, — прошептала я, прочищая горло. — С ними что-то случилось, с их ребёнком, не так ли?

Эти холодные, жёсткие глаза встретились с моими.

— Их ребёнку так и не дали возможности сделать первый вдох. И Защитник, и Истиннорождённая были убиты во сне теми, кто верил, что они выполняли то, чего хотел Бог.

В ужасе я прижала другую руку к груди.

— Это привело в ярость тех, кто поддерживал эту пару, это даже привело в ярость многих, кто этого не делал. Истиннорождённые и их Защитники обратились не только к Стражам, но и к Альфам, которые, наконец, вмешались. Это было кровавое месиво, стёртое из истории, — Жнец опустил подбородок. — Как и большинство вещей, совершаемых теми, кто не хочет признаваться в своих тёмных деяниях. Вот почему Истиннорождённые вымерли. Вот почему нет никаких записей о том, что они могут родить ребёнка.

Моё сердце забилось быстрее, когда я посмотрела на ангела.

— Как и у любого существа, которое несёт небесный огонь в своей крови, деторождение чрезвычайно сложно, изменчиво и непредсказуемо, — продолжал он, в то время как я чувствовала, что могу упасть в лужу беспокойства. — Хотя некоторым может показаться несправедливым или странным, как легко два смертных могут размножаться, на самом деле для них это не так просто. Речь идёт о времени и удаче, хорошей или плохой, в зависимости от того, как вы на это смотрите, но, честно говоря, было бы шокирующим, если бы ребёнок стал результатом одного горячего момента незапланированной страсти между Истиннорождённой и Падшим.

Я повторила эти слова и всё ещё не была уверена, говорит ли он, что я беременна или нет.

Очевидно, Зейн был так же неуверен.

— Значит, она не беременна?

— Вам двоим пришлось бы приложить гораздо больше усилий, если бы вы пытались этого достичь, — ответил Жнец, его взгляд вернулся ко мне. — Нет, ты не беременна.

— Что? — воскликнул Рот с порога, напугав меня.

Мой взгляд метнулся к нему, и я увидела, что он и Лейла стоят там.

У обоих, казалось, отвисла челюсть.

Зейн изменил позу так, чтобы частично заслонить меня от их взгляда.