Рот ждал нас в фойе, один.

— Где Лейла? — спросил Зейн.

— В погоне за Робином. Он решил, что пора играть, и побежал наверх.

Я обошла Зейна.

— Где твой канат?

— Канат? — Рот усмехнулся. — Моя опасная лапша у меня на руке. Она не так плохо себя ведёт, как Робин. Ей потребуется минута, чтобы поймать его, поэтому я решил, что вы, ребята, можете идти вперёд и уходить. Если вы, ребята, хотите Дюпон-Сёкл, мы проверим Эйч-стрит.

— Звучит неплохо, — сказал Зейн, когда мы направились к двери.

Я думала, что это будет долгая ночь, когда мы вышли на душный июльский ночной воздух.

— Кстати, — начал Рот.

Зейн повернулся к нему.

— Я очень надеюсь, что ты не вспомнишь о чём говорил с нами Жнец.

— Нет. Знание того, что вы двое не станете родителями, не моё дело, — сказал Рот, и я нахмурилась. — Мне просто нужно кое-что сказать.

— Не могу дождаться, чтобы услышать это, — ответил Зейн.

— Я знаю, что теперь ты можешь надрать мне задницу по всему городу, — Рот прислонился к порогу двери. — Ты Падший с благодатью. Я достаточно демон, чтобы распознать, когда у меня достойный противник, но если ты столкнёшься лицом к лицу с Люцифером, ты проиграешь.

— И зная, что ты не победишь меня, это не помешало бы тебе напасть на меня, если бы ты подумал, что Лейле угрожают, — ответил Зейн. — Правильно?

— Ни на одну чёртову секунду.

— Тогда ты понимаешь, почему знание того, что я, скорее всего, умру, не остановит меня, — заявил он, и я закатила глаза. — Но моё сердце согревается, когда я знаю, что тебе не всё равно.

Рот ухмыльнулся.

— Как скажешь, Каменный.

— Ты скучал по мне, — усмехнулся Зейн. — Признай это.