– Справедливо… – Кеннет дочистил яйцо и запихнул его в рот. Прожевав неспеша, он запил из кувшина.

Мать Арона оттолкнулась от верстака и подойдя к юноше, обняла его за плечи. Они переглянулись.

– Он поверит… – сказала она тихо.

Уна одарила сына долгим задумчивым взглядом и, сообщила:

– Это Олаф – твой отец.

Глава 38. Воскрешение из мертвых.

Глава 38. Воскрешение из мертвых.

– Олаф? – переспросил Арон.

– Да, милый. Тот самый Олаф, от которого я тебя родила.

– Ага… Интересная версия.

– Я не сошла с ума. В моем сердце любовь жила лишь однажды, и это чувство я ни с чем не спутаю. Сердце узнало его сразу, как только взяла его за руку, – ответила она спокойно.

– Это не совсем так, – поправил Кеннет. – Я был Олафом.

Арон с трудом подавил растущее внутри раздражение. В душе его просквозило холодом.

– Сын мой, – улыбнулась Уна. – Я ведь далеко не дура. Ты оскорбляешь меня недоверием. Если бы я почувствовала фальшь, то сама открутила бы ему голову. И, если я говорю, что перед тобой Олаф, значит у меня есть на то веские доказательства.

Арон взвесил каждое ее слово. Ничего не попишешь, по крайней мере, он ее выслушает. Звучит как бред, но заподозрить мать в наивности он не мог. Уна похлопала Кеннета по плечу, намекая что теперь его слово. Тот запил еду, вытер рот и неспеша прожевался.

– Твоя мать не совсем права, – начал он. – Имя мне Кеннет и дано оно было при рождении. Хотя с ранних лет в своих не детских снах я был Олафом. Ну или Бойдом для верности. Помнится так меня называли за седые волосы. поначалу сны были красивой сказкой на фоне жестокой реальности, пока в возрасте пяти лет я не попал в кузницу. Вот там то и оказалось, что грезы, хоть и были грезами, но знания давали совершенно реальные.

Арон потер шею, и провел рукой по волосам.

– Предположим, так и было. А кто были те люди что искали тебя?

– Я же говорил, – это мои родные братья. Я просил тебя не убивать их именно поэтому. Отец мой был жесток, но, когда я рос, братья были добры ко мне. Однако, так сложились обстоятельства, что они и были командой корабля, что приплыл сюда чтобы продать меня и еще несколько бедолаг в качестве рабов.

– Ты был рабом?