Потом план дал небольшую трещину: пришлось пожертвовать ребрами, которые мне тут же сломал отец. Но дальше все пошло как по маслу. В это время года наш вождь выходил в море, чтобы попасть на материк. Там он выгодно продавал пленников, как рабов, закупал заморский товар, и молоденьких женщин. Шамана я заранее предупредил и дал приличный кошель денег, чтобы его не посетила мысль рассказать все ярлу. Он спрятал на драккаре кое какие пожитки и мой топор. А потом, ссылаясь на духов, убедил отца меня продать. Ярл жесток, но деньги любит больше жизни. В общем, заковав меня в колодки, отец решил кем мне дальше быть. Теперь все шло как задумано. Осталось только доплыть.

– И где же сейчас твой отец? Разведчики говорили только о братьях, – уточнил Арон.

– В море. Я видел, как он упал за борт. Искать его не стали, да и бесполезно это. Не следовало в шторм столько пить. Ой и не хороший был человек…

Кеннет поморщился и промочил горло молоком из кувшина.

– Ну, а дальше дело было за малым. Даже рассказывать не интересно. Я освободился от колодок, немножечко пошумел, освободив для верности еще несколько человек. Не люблю рабство в любом его проявлении… Потом отыскал в суматохе свои пожитки и сошел на берег. К сожалению, оказалось, что, со сломанными ребрами далеко не уйти. Плавание было долгим, срастись из-за ежедневной гребли им никак не удавалось. Удивительно, как я легкие не проколол. Стало совсем худо. Это ставило под угрозу всю затею, а цель была так близка. Я слишком много думал о твоей матери и слишком мало о своем израненном теле.

Пока братья носились по округе в поисках других рабов, я отъедался в таверне и ждал. В море плохо кормили. Можно сказать, что мне повезло. Хозяин таверны, бывший коновал, он хорошо промыл раны. Наложил тугую повязку на ребра. Над кухней есть небольшой чердак, там я и схоронился. Проспал примерно сутки. Шаман, хоть и укурок конченый, но оказался человеком добрым. Вместе с моими вещами он спрятал на драккаре и пол кошеля монет, из тех, что я ему дал за молчание. Так что немного золота, серебра и меди у меня было. Без еды и питья не остался.

В своих снах я видел обрывки тех событий что с тобой происходили. И знал, что дом твой сгорел. Так же знал, что ты теперь знаком с матерью. Однако видения эти приходили в те моменты, когда меня одолевали болезни или раны были тяжелыми. Так что, картина была не полной. Я планировал отлежаться до тех пор, пока братья мои не уплывут, поправить немного здоровье и купить лошадь. Люди в этих местах знали и про белые горы, и про чертовы скалы. А значит, сами того не желая, братья доставили меня в нужное место.