Я не успеваю преодолеть и половины пути до фоара, когда аллир хватает меня чуть повыше запястья и рывком разворачивает к себе.

– А теперь, хочешь или нет, ты выслушаешь меня, – зловеще говорит Альрайен, наклоняясь к моему лицу. – Я не буду сейчас углубляться в тему ваших отношений с Тэаном, об этом ты и сама можешь подумать на досуге. Стоит только проанализировать его поведение, как ты поймешь, что и он недалеко ушел от всего, в чем ты обвиняешь меня. Достаточно вспомнить его попытки затащить тебя во Тьму. Вряд ли он думал о твоем благополучии, удовлетворяя на тот момент собственные желания. Как и всегда, впрочем. Даже потакание твоим желаниям – лишь осуществление его собственного, более важного желания, о чем явно свидетельствует его нынешнее поведение. Просто он счел, что пора прекратить потакать тебе и стоит заняться чем-нибудь другим. Что же касается меня, то здесь ты явно ошибаешься, потому как видишь только то, что хочешь видеть. Намного проще обвинять и ненавидеть, чем попытаться понять. Для меня на самом деле твоя жизнь важнее множества жизней незнакомых людей. Важнее судьбы мира. Так уж мы, аллиры, устроены. Мы не растрачиваем свое внимание на все подряд, мы выбираем что-то, в действительности важное. Для меня важное – это ты. Я не хочу, чтобы ты пострадала из-за глупых героических порывов и наивной веры во вселенскую справедливость. Ты ничем не поможешь людям, они все равно будут погибать. Так зачем губить свою жизнь зря? Подумай, Алиса, Первозданная Тьма вырвалась на свободу. Пока в маленьких количествах, но этого достаточно. Вспомни ее свойства. Она будет разрастаться и без ритуалов, поглощая все больше территорий. Мир обречен. Не жертвуй своей жизнью напрасно. Нам стоит увести отсюда близнецов и навсегда покинуть Дэатон. И не нужно воспринимать мою заботу столь негативно.

Не в силах выдержать настойчивый, уверенный в своей правоте взгляд, я опускаю глаза. Осторожно высвобождая руку, чуть отстраняюсь. Собираюсь с мыслями. Несколько тягостных секунд проходят в молчании. Наконец я набираюсь решительности и вновь смотрю на Альрайена:

– Я не нуждаюсь в подобной заботе. Что же касается моих отношений с Тэаном, это не твое дело. И мне не нужно твое согласие, чтобы с ним поговорить. Считай, я просто поставила тебя в известность.

– Даже сейчас ты не считаешь Тэана чудовищем. Я знаю, ты закроешь глаза на любой его поступок, будь то убийство или погружение мира во Тьму. Неужели ты до сих пор веришь в собственные слова? Заботишься о людях, хочешь их спасти, идешь на жертвы ради незнакомцев? Но Тэану ты готова простить что угодно. Это лицемерие, Алиса. Чем он лучше? Чем он лучше других или… меня? – Проникновенный взгляд Альрайена пронзает насквозь, а пылкая речь заставляет душу гореть и биться в агонии от осознания его правоты. Я не думаю о прощении. Поступок Тэана кажется ужасным, настолько, что каждая мысль об этом причиняет почти физическую боль. Нет, прощать я не собираюсь, но Альрайен прав в другом.