– Обычно нет. Но бывают исключения, когда души чем-то недовольны и каким-либо образом бунтуют. Не люблю, когда мне перестают повиноваться. – Небрежный тон, с которым Тэан произносит эти слова, никак не вяжется со смыслом сказанного. Оттого получается еще более зловеще.

– О каком повиновении или неповиновении может идти речь? – удивляюсь я. – Ты так говоришь, будто это самое настоящее королевство, со своими законами, правилами.

– Алиса, это ведь отдельный мир, где на самом деле существуют свои законы и правила, – таинственно улыбается Тэан. – Здесь есть своя, особенная жизнь, хотя в привычном понимании этого слова существование теней жизнью не назвать. Да, пусть не жизнь, но здесь есть что-то совершенно другое. Ты поймешь, когда станешь частью созданного мной нового мира Тьмы.

А может, все не так ужасно, как я думала? Привычный мир разрушается, но, как оказывается, мир может существовать и без упорядоченной структуры. На его месте рождается что-то новое, непостижимое, пропитанное Первозданной Тьмой. Люди умирают, их души изменяются, в некотором роде тоже разрушаются, однако не перестают существовать, как когда-то говорил Дербиан, впервые поведавший нам с друзьями о том, что будет, если Тьма завладеет мирами. Не жизнь, но и не полное исчезновение – новый уровень, качественно иное существование. Настолько ли это плохо, как я привыкла считать? Нет, человеческим умом не постигнуть того, что нас ждет во Тьме, так имею ли я право судить?

И сама же себя обрываю: «Хватит! Пора уходить отсюда, пока окончательно не потеряла рассудок».

Чувствуя, как моя рука напрягается, Тэан останавливается и создает портал, клубящийся густой черной дымкой.

– Можешь идти, если хочешь.

Я понимаю, насколько бесполезно то, что я собираюсь сделать, но не могу не попытаться. Хотя бы в последний раз.

– Тэан… – Я внимательно смотрю ему в глаза. – Пожалуйста, откажись от своей идеи. Прекрати погружать мир во Тьму, пока еще не поздно остановиться.

– Нет, Алиса. Это не обсуждается. Я встречу тебя возле того места, где ты сможешь отправить близнецов в другой мир. И… держись подальше от Ахши. Он мне не нравится. Не знаю, в чем дело, но этот ребенок излучает странный ореол.

– Да, встретимся, – киваю я, глотая слезы. О предостережении ничего не говорю. Протягиваю руку, кончиками пальцев осторожно касаюсь лица Тэана, провожу по щеке, очерчиваю изгиб тонких губ. Сердце рвется на части, кричит, требует остаться здесь, забыть обо всем и просто быть рядом с тем, кого так люблю! Но нельзя. Я должна быть сильной.

– Обещаю, скоро мы сможем быть вместе, – говорит Тэан, целуя меня на прощание.