— А вы точно сделаете всё правильно? — заныл он.

Без лишних слов Томас запустил процесс лечения. Эту его рану он мог закрыть. Детский плач и стоны действовали ему на нервы, но с этим парень ничего не мог поделать.

— Знаешь больницу рядом? — очень тихо, чётко выговаривая каждое слово, обратился свой взгляд он к Копью. Тот мигом утих, кивнув головой. Рука его почти полностью исцелилась.

Аккуратно подхватив Юстаса с земли, правда тот всё равно закричал от боли в ногах, Томас поднял всех в воздух вновь. Копьё испуганно вскрикнул.

— Показывай. — приказал юноша мальчику, находя просвет между кронами, мигом вознося их к небу.

— Я з-знаю, что она есть в школе. Она там. — показал пальцем на юг Копьё в сторону мелькающей в далеке крыши.

Времени оставалось мало. Если нога Юстаса срастётся неправильно, то придётся ее опять ломать, чтобы залечить как полагается. Да и мальчик потерял слишком много крови, даже для мага.

Значит туда. — не думая возражать, стрелой полетел Томас к зданию с двумя мальчишками "в прицепе".

— Туда, сюда, поверни. — тоненько подсказывал ему Копьё, когда молодой матрос несся по коридорам в поисках доктора.

Медпункт скрывался за массивными дверями. Пренебрегая от волнения наставлениями Иглы, Томас, не сдерживаясь, от души, снабдил открывающее заклятие магией. Дверь слетела с петель. Все находящиеся там испуганно вскрикнули.

— Что у вас? О Щит! — закричала бросившаяся к ним медсестра.

Юстаса мгновенно забрали и уложили на койку. Лекарь тут же начал лечение, правда введя мальчику обезболивающее. Тем более, что других пострадавших в медпункте не было.

Вокруг же Томаса собралась целая толпа любопытных детей, которых он был выдержать не в силах. Призвав ветер, юноша насколько мог аккуратно выставил их за дверь, водружая ту на место, кидая в добавок запирающее заклятие. Оставил рядом он только Копья.

Томас затормозил пробегающую рядом с ним медсестру.

— Осмотрите этого мальчика. У него была разодрана рука, я постарался залечить рану, но все же.

Та странно удивлённо покосилась на юношу, а потом, улыбнувшись Копью, увела того за ширму.

Устало Томас опустился на ближайшую кровать. Одежда его была вся заляпана кровью, но на этот раз не своей. Руки дрожали, судорожно сжимая штанины брюк. Пережитый стресс подступил к горлу, вызывая слезы.

Томас не мог позволить себе плакать. Не мог позволить, чтобы это увидел Юстас, не отрывающий от него взгляд все это время, и примостившийся рядом с ним здоровый Копьё. Ради них он должен быть сильным, а поплакаться потом можно кому-нибудь другому.