— Потому что он тебя всё же не убил? — заискивающе улыбнулся ему маг.

— Да ты псих! Псих!

— Сам посуди. — яростно продолжил втолковывать ему Ятаган. — Вот ты говорил с ним в тюрьме?… А я говорил! Он мне всё рассказал. У него не было выбора. Не было выбора, сечешь?! Его бы убили, не сделай он этого, и он, как истинный патриот, попытался. Но в последний момент передумал, кстати, поэтому ты и выжил. — многозначительный взгляд бросил маг на живот Томаса. — Он предал свой народ, отказался от убийства. Он выбрал дружбу, а не вражду! Разве это не достойно твоего спасения? Я уверен в нём, он больше не причинит тебе вреда. Ты бы только видел его сейчас. Ему некуда бежать, Огонь, маги его казнят, а вампиры просто зверски убьют! Ты — его единственная надежда. А ещё… — решил добить его аргументами Ятаган. — Я буду в твоё отсутствие навещать твоего маленького брата. Обещаю, что как только он достаточно подрастёт тут же приближу к себе.

— Всё. Ладно. Убедил. — замахал руками Томас, сраженный количеством причин, закрывая магу рот.

Он не мог отрицать, что его подкупили, но было в этом согласии и что-то другое…

* * *

— А Ятаган даст мне свой меч? Я у них дома видел, он на стене висел. — заявил мальчик, беззастенчиво объявляя своё желание.

— Дам-дам. — выдавил из себя маг.

Вот отец мне устроит.

И на этом истерика закончилось. Все решилось мирно. Собственно решили, что Томас так и будет продолжать приходить к мальчику раз в неделю, может даже сможет привести Софию, а в остальное время за Юстасом будет присматривать Ятаган.

Ничего не поменялось в жизни маленького мага.

* * *

Каллидус сидел в тюрьме. Точнее был помещён он в комнату из белостали в подвале замка. В прежнее время, во время войны, академия была стратегически важным объектом. Здесь же содержались раньше особо ценные пленные.

Ну вот и всё. — отрешенно подумал он. — Для меня всё решено.

Он покорился судьбе, не видя выхода или изменения в своём будущем.

Его не кормили, да и в еде вампир особо не нуждался, но из-за нехватки свежей крови организм его ослаб.

— Да уж, меня сейчас даже Ятаган победит. — оценил он так своё состояние.

Ятаган… Как же я виноват…

Каллидус больше не терзался душевным муками. Для него это всё больше не имело смысла, осталось лишь всепоглощающее чувство вины.

Солнце садилось за верхушки деревьев, и его прощальные лучи слабо пробились в камеру сквозь узенькие оконца.