Какой-то инстинкт, до этого дня ни разу не дававший о себе знать, подсказал, что все идет не совсем хорошо.

   Почему они смотрят?!

   И молчат.

   Все молчат…

   – Кристин, – я не выдержала и обратилась к девушке, стоявшей ближе остальных, – что происходит?

   Она выглядела… напуганной.

   Но все же подцепила пальцами прядь моих волос и подсунула мне едва ли не под нос.

   Серебристую прядь.

   В то время как всю жизнь волосы у меня были смоляные.

   – Я не знаю, - почти неслышно прошептала Кристин.

   Холод давно схлынул, и теперь на моем запястье проступил знак моей силы – непонятная черная загогулина. Уродство.

   – Что это значит? - обрел дар речи отец.

   Наконец! Мне тоже страсть как хотелось понять.

   – Чья это дочь? – выбился вперед наблюдающий из столицы.

   – Моя, – заметно тише ответил отец, явно чувствуя неладное.

   Я его тоже чувствовала – холодком от затухающих искр пробудившейся магии, прохладой серебристого покрывала непривычно легких волос и изморозью от взгляда незнакомого мага. Собственно, то, что он маг, поняла лишь сейчас. Почуяла.

   – Сочувствую, – бесцветно проговорил единственный незваный гость на нашем празднике. – Девушка – усилитель магии. Сама колдовать никогда не сможет, а вот полноценный маг с ее помощью – да. Так что с этого момента, как и все особенные одаренные, она переходил под покровительство Империи.

   Слушала и не верила.

   Папа, ну скажи ему, чтобы убирался вон!

   Позови охрану, пусть его вышвырнут!