Её глаза расширились от беззвучного оскорбления. А потом она сорвалась, шагнула вперёд и ударила его по лицу.

Ниам оказалась перед ним раньше, чем он смог остановить её, схватила запястье Сакуры и взвыла. Кийо ощутил её боль, словно удар в живот. Колени Ниам подкосились, она отпустила Сакуру и упала у ног Кийо. Он опустился и обнял её, смятение гудело в ушах.

— В чём дело? — закричала Сакура на японском, отшатнувшись от них.

Ниам посмотрела в его глаза, дрожала в его руках. Железо.

Он перевёл взгляд с её сжатой ладони на запястье Сакуры.

Там были браслеты. Бриллиантовый, золотой, серебряный… а один посередине выделялся среди других, ведь не блестел. Простой браслет из чистого железа.

Альфа хмуро смотрела на них в смятении.

— Что такое с махоцукай?

— Простуда. — Кийо притянул Ниам ближе, стараясь не показывать панику из-за того, что её могли раскрыть. Они могли учуять изменение его запаха. — Мы думали, что ей стало лучше, но она не может переутомляться.

«Быстро сообразил», — он слышал боль в голосе Ниам и сжал её крепче.

Сакура прищурилась. Понимание проступило на её лице, и Кийо надеялся, что она поняла, что он чувствовал к Ниам, а не то, что Ниам фейри.

— Ей повезло, что я не убью её за то, что меня трогала.

— Она защищала меня. — Он смотрел на неё мрачно, с предупреждением. — Тронешь её, Сакура, и я приму это за объявление войны.

Ниам напряглась в его руках, но ему было всё равно.

Опасно показывать стае, что Ниам его слабость, но ещё опаснее позволять им думать, что они могли вредить ей без последствий. Сакура отпрянула на шаг, словно не могла поверить ушам. Харуто опустил ладонь на её плечо, успокаивая.

И Кийо знал… её чувства к Кийо были искренними. И очень жаль. Жаль, что он не мог ответить на них. Но у неё своё место в мире, а у него — своё, и кроме долга в виде боя, их пути не должны пересекаться. Сакура стряхнула ладонь Харуто и рявкнула на японском, что в порядке, затем прорычала Кийо:

— Лучше бы тебе выиграть в бою, Кийо, или я захочу дать тебе войну. — Она развернулась на шпильках и вышла из номера. Другие плелись за ней, кроме Харуто.

Он сосредоточился на кулаке Ниам.

Кийо напрягся.

Харуто никогда ничего не выдавал, и Кийо не знал, о чём думал бета. Бросив на Ниам последний взгляд, он последовал за Сакурой. Он тихо закрыл за собой дверь, и Ниам протяжно выдохнула.