Я вышла из кухни, Альберт следовал за мной по пятам, пока мы не вышли из бревенчатого дома. Затем он взял инициативу на себя и повел к озеру, где я застала их с Конни голыми в воде.

— Прости меня.

— За то, что, не доверял мне? Ты имел полное право этого не делать. Я притворялась парнем. Пожалуйста, не принимай это близко к сердцу. Я не могла позволить своему отцу участвовать в этой дурацкой войне.

— О, теперь это дурацкая война. Нужно ли мне быть готовым к лекции о том, как я облажался с этим решением? — он засмеялся, но остановился.

— Нет, — вздохнула я. — Твои причины благородны, как я уже говорила тебе раньше.

— Это не считается, ты не была собой.

— Это не имеет значения, глубоко внутри все равно была я.

Он фыркнул.

— Я, конечно, сильно протупил. В смысле я же знал, что Священная Пещера неравнодушна к женщинам.

— Да.

— Я помню, что ты вошла туда, чтобы спастись от врагов, но все же что ты спросила у пруда?

— Это мое дело, Альберт.

Его губы изогнулись.

— Извини, мне очень любопытно, когда речь заходит о тебе. Наверное, потому что я почти ничего о тебе не знаю, Катрина.

— Ты много чего знаешь. Говорю же, я не так уж сильно отличаюсь от Эндрю.

— Ты выглядела совсем по-другому, что заставило меня по-настоящему волноваться.

Я посмотрела на него.

— О чем?

— Меня тянуло к Эндрю. Вот почему я некоторое время старался тебя избегать.

— Да-да, конечно, — я закатила глаза.