― Ты можешь понадобиться нам в качестве предмета торга, ― я налила чай в чашку, поморщившись, когда немного перелила за края. ― Его Величеству выгодно сохранять тебе жизнь. По крайней мере, пока что.
Принц фыркнул.
― Слова настоящей верноподданной.
Верноподданной… или дочери. Но реновийскому принцу было необязательно знать, кто я на самом деле, особенно учитывая, что именно
Отказываясь продолжать разговор, я ответила:
― Мне сказали, что у тебя появились симптомы болезни два дня назад. К этому моменту, полагаю, у тебя уже должна начаться лихорадка. Скоро, если не уже, начнутся галлюцинации. Ты не сможешь это предотвратить, но тем не менее считается, что предупреждённые заранее реже впадают в панику и вредят себе.
― Болезни? ― переспросил он после нескольких секунд молчания.
― Жуткая зараза, передающаяся через открытые раны, в том числе и маленькие царапинки. Инфекция попала в твою кровь через порез на руке. Многие умирают, но ты молод и крепок, так что с высокой вероятностью поправишься, если будешь хорошо питаться.
― Я думал, меня отравили.
Я не стала ничего на это отвечать и просто подчеркнула:
― Пей чай и ешь всё, если хочешь выздороветь.
Не дожидаясь ответа, я развернулась, чтобы уйти.
Но у самой двери задержалась:
― Я принесу ужин в шесть.
― Подожди, ― произнёс он повелительным тоном, когда я взялась за ручку.
Моё любопытство оказалось сильнее меня, и я оглянулась.
― Я Бритон.
― Я знаю, кто ты.
Он приподнялся на кровати, занимая сидячее положение, хотя в темноте всё ещё сложно было разглядеть его выражение лица.