― Пожалуйста, скажи, как тебя зовут. Ты первая, кто заговорил со мной за эти несколько недель.

Правда? Я провела здесь меньше двух минут и, похоже, успела совершить ошибку. Мне стоило уйти, оставив его без ответа, но… Он ведь всё равно даже не вспомнит о нашем разговоре, когда лихорадка пройдёт. Так что я теряю?

― Кассия.

― Почему я здесь, Кассия? ― в его голосе прозвучала чуть ли не мольба. ― Ты что-нибудь знаешь? Может, слышала что-нибудь, пока занималась своими обязанностями?

Он принял меня за кухарку ― бедную, несчастную девочку, которую заставили носить еду пленнику.

― Тебе лучше поспать.

Я уже собиралась открыть дверь, как он снова меня остановил:

― Ничего не скажешь? Ладно. Но можешь хотя бы открыть шторы?

Я безрадостно усмехнулась.

― Сомневаюсь, что тебе понравится вид.

― И ещё кое-что.

А он всё не унимался. С тяжёлым вздохом я посмотрела на него.

― С моей сестрой всё хорошо?

Я резко выпрямилась, когда он упомянул свою близняшку. В его голосе слышалось беспокойство, отчего он впервые показался мне по-настоящему уязвимым. Не сказала бы, что меня восхищала эта черта… Но я могла понять его чувства. Отношения между Бритоном и Амалией казались очень похожими на наши с Ризом, моим братом.

― Когда ваши люди привели меня сюда, я слышал обрывки их фраз, ― признался он. ― Имя Амалии звучало слишком часто. Пожалуйста… Скажи, что они хотят с ней сделать?

Я могла бы рассказать ему, что моему брату поручили перевести новую наследницу Реновы через Разлом в целости и сохранности, и что мы собираемся выдать её замуж за Эдвина. Как только они обменяются брачными клятвами, королевство Амалии и корона её отца перейдут моему старшему брату по традициям Реновы, и наш народ сможет покинуть эти проклятые земли.

Но ему не нужно было знать о наших планах.

― С твоей сестрой всё в порядке, ― ответила я и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.