Потом незнакомец выпустил из рукава ещё несколько таких же бабочек. Они красиво кружились под потолком, словно огромные птицы. Моему счастью не было предела. Я резвилась, громко и весело. Вскоре все бабочки лопнули, как и первая.

«Кто ты?» — внезапно спросила я у волшебника. Он широко улыбнулся, как будто ожидал этого вопроса.

«Я Глеб — твой друг», — спокойно ответил он. Вы подумаете, что я устроила ему целый допрос? Но нет. В этом имени я умерла, позволив ему предрешить мою судьбу.

Получив вполне удовлетворительный ответ, я пустилась в пляс, как обычно это делают дети, получившие в подарок долгожданную игрушку. Глеб, не изменив позиции, наблюдал за мной взглядом добродетели, взором защитника, а родители взволнованно вздыхали.

Глава ll

Глава ll

«Доченька…» — обеспокоенно говорила мать, накрывая меня ватным одеялом, — «Расскажи. Кого ты видишь?» — В её глазах заблестели нотки страха. Я не знала, что ответить. Глянула на Глеба, он сидел в дальнем углу на белом деревянном стуле, пристально разглядывая мать, а потом кивнул положительным движением. Мама, увидев мой устремленный взгляд в угол, обернулась. В двух-трех секундах ожидания разглядывала пустой стул. Когда она вновь повернулась, меня испугал её взгляд, сколько же в нем было отчаяния, сколько бессонных ночей в этих зрачках.

Всего за один миг я испытала взросление. Её большие бездонные глаза ещё долго будут стоять в моём сознании. Я не ответила на вопрос. Она заплакала, но не так, как плачут от боли. Нет. Так плачут тогда, когда теряют близкого человека. Когда смотрят на безнадёжно больного и не могут помочь. Она поцеловала меня в лоб, оставив мокрый след.

«Спокойной ночи, Розочка. Я тебя очень люблю» — она крепко обняла меня, словно пыталась отгородить от чего-то очень страшного.

«Я тебя тоже» — произнесла я со всей искренностью своей души.

Глава lll

Глава lll

Летели дни. Я ходила в детский садик, как и все нормальные дети. Прошло совсем немного времени, когда в наш дом вошла Александра Александровна — детский психолог. Всегда аккуратно причёсана и опрятно одета. Про таких, как она, говорят «человек без возраста и без изъяна».

Я с родителями сидела на диване, а психолог — напротив, в кресле. Между нами был расположен стеклянный кофейный столик, на который она поставила черный чемоданчик. Глеб стоял за её спиной, облокотившись на спинку кресла.

— Роза, я наслышана о тебе, — она говорила с осторожностью, но полностью уверенная, что найдёт со мной общий язык. — И вот, наконец, я с тобой познакомилась, — она улыбнулась кукольной улыбкой и протянула тонкую руку. — Меня зовут Александра, но ты можешь смело звать меня Сашей.