— Почему ты в этом так уверена? — поинтересовался непен, — Только потому, что выглядишь как человек?

Я промолчала в ответ, не зная, что ему возразить.

— Ты уже давно одна из нас! — не унимался мой собеседник, — Просто ты лучше нас. Ты можешь маскироваться под человека… ты умеешь разговаривать с ними… но в некоторых случаях твоя натура проявляется…

— Нет! Перестань! Не надо… — простонала я, закрыв уши руками, как будто это могло заглушить свистящий голос в моей голове.

— Ты ведешь борьбу не только против нас. Ты воюешь против своей сущности… против себя… поэтому тебе так плохо… Ты могла бы убивать людей одним прикосновением… У тебя достаточно сил…

— Прекрати! — в ужасе прошептала я, вцепившись руками в волосы, и чувствуя, как по щекам катятся слезы, — Прекрати меня мучить!

— Ты это заслужила… — прошипел непен, — Ты предатель…

— Нет! — воскликнула я вслух, — Я никого не предала…

— Ты предатель… — монотонно повторил голос, — Ты убиваешь нас ради него… ради человека…

Перед моим взором предстало улыбающееся лицо Рика. Картина резко сменилась, я увидела его в пустыне, с оружием в руках, смотрящего куда-то вдаль. И неожиданно подбежавший непен молниеносным движением вгоняет в его тело железный прут…

— Перестань! — закрыв лицо дрожащими руками, прохрипела я.

Я содрогнулась от нахлынувших на меня жутких воспоминаний, о тех днях, когда сердце тонуло в кровавых слезах. Когда было так больно, что хотелось умереть.

— Нравится? — ехидно прошипел непен, — Может быть, хочешь вспомнить еще что-нибудь?

— Нет! — простонала я, сворачиваясь клубочком прямо на песке, как будто это могло прекратить мою агонию.

— Ты одна из нас! Скоро ты это осознаешь… рано или поздно… у тебя нет выхода…

Я промолчала, содрогаясь в рыданиях.

— О-о! Это будет великолепно… — прошипел голос, — Смотри!

Я увидела себя, смотрящей в зеркало. Я все еще выгляжу как человек, и улыбаюсь своему отражению. Рядом со мной есть еще кто-то. Я оборачиваюсь и вижу Рика, который подходит и обнимает меня, крепко прижимая к себе. Я обвиваю его руками и медленно расстегиваю пуговицы на его рубашке. Он, улыбаясь, смотрит мне в глаза. Я тянусь губами к его шее, и неожиданно меня одолевает дикий голод, который невозможно унять. Я сопротивляюсь этому голоду изо всех сил, но он побеждает, и я вырываю из его тела кусок плоти. Я поднимаю глаза вверх и вижу его растерянное лицо, его глаза полные боли и недоумения. Передо мной снова возникает зеркало, и я содрогаюсь от увиденного там. Мои глаза белые, как молоко, а на окровавленных губах играет злобная усмешка…