Что бы он делал без меня? Нет, я даже думать об этом не хочу.

Убрав горшочек с похлебкой в погреб, я подмела полы, покормила кур, вывела двух наших бычков на лужайку. Хорошо было бы завести коров, но кто их будет доить? Ни у меня, ни у отца просто времени на это не хватит. Заводить быков намного практичнее, весной, летом, осенью они пасутся на лугу в загоне, набирают вес, а к зиме мы продаем их мяснику, получая неплохие деньги.

Вернувшись в дом, я надела аккуратное темно-серое платье горничной, расчесала волосы, уложила их в пучок у затылка, украсила его двумя витыми косами, еще одну обвила вокруг головы на манер обруча. Жаль, в нашем доме нет зеркал — оценить конечный результат я смогу только по приходу в замок.

Чтобы все успевать, приходится вставать с петухами. Выйдя во двор, я полюбовалась золотистыми бликами первых лучей восходящего солнца. Легкая дымка тумана над рекой, протекающей чуть ниже, под холмом, была похожа на платок из тончайшего шелка. Заливные луга и возделанные поля, крошечные крестьянские домишки, замок с множеством его башен и башенок, приткнувшийся сбоку к скале — на рассвете этот вполне обычный пейзаж становился нереальным, сказочным.

Я плотнее закуталась в шерстяную шаль, пытаясь защититься от промозглого утреннего воздуха, и двинулась по направлению к замку. В это время года жизнь в нем бьет ключом, как всегда — герцог Анделийский приехал в деревню охотиться. В обычное время всем здесь заправляет его старший сын, Раймунд.

По виду этого не скажешь, но замок Атенрай стоит здесь уже несколько тысяч лет, и наиболее древняя его часть — крепостная стена. Всю ее покрывают надписи на элийском — где-то полустершиеся, а кое-где отлично сохранившиеся — никто из ныне живущих, правда, не смог бы их прочесть. Со времен Союза с Богами прошло уже без малого три тысячи лет.

Новейшие постройки покрывают узоры совсем другого толка — круги, множество кругов, образующих орнамент на каждой стене, окольцовывающих каждую башню. Круг, кольцо — магический знак, символ защиты от все тех же Богов. Единственное средство защиты от бессмертных и вездесущих.

Пройдя сквозь ворота, я миновала парадное крыльцо и прошла в замок через вход для слуг. Сменила уличные башмаки на тонкие мягкие шелковые тапочки. Кухарка с поварятами вовсю готовили завтрак для господ, а еда для прислуги уже исходила паром в людской. Быстро перекусив щедро сдобренной маслом кашей, я прошла в соседнее помещение, где меня ждал нуждающийся в чистке набор серебряной посуды — строго говоря, ее нужно было почистить еще вчера, так что времени на безделье не было.