Ожидаемо не выспалась. Болела спина, шея, тянуло плечи.

Не учла сколько народа с утра ринутся умываться в одно время. Из-за очереди не смогла привести себя в порядок быстро и дала себе задачу впредь вставать немного раньше остальных.

— Как тебе здесь? — тихий, на грани шепота, вопрос прозвучал со спины над ухом.

Прикрывая зевок, обернулась.

Та девушка, что назвала мою внешность необычной, явно смущалась заговаривать первой.

Пожала плечами, продвигаясь вперед. Скоро, наконец, доберусь до раковины.

— Пока не поняла, но уже не в восторге.

— Мне тоже не нравится, — она продолжала говорить крайне тихо, словно боялась, что ее услышат. — Соседки по комнате сказали нас будет ждать посвящение. Его проводят столичные и оно… ну… для нас ничем хорошим не обернется…

Скривилась, сжимая полотенце, зубную щетку и пасту.

Идиотские порядки.

— Там такое бывает, ты не поверишь, — продолжала девушка, нервно теребя кончик хвоста. — Насилие… сексуальное! Часто…

Покосилась на нее, делая шаг вперед по очереди.

В это как раз охотно верю. Наслушалась от знакомых в родном Хилсе, как подонки используют "биомусор" для удовлетворения своих животных потребностей.

— Тебя это не пугает? — все так же тихо удивилась девушка.

Глаза за очками расширились.

— Меня?

Переспросила, хотя и без уточнения понятно, что речь обо мне.

Попытка успокоиться и не начать нервничать раньше времени.

— Я подумаю об этом позже.

Дошла, наконец, моя очередь до свободной раковины.

Вкус мяты заполнил рот. В зеркале — красивые изумрудные волосы. Собрала в низкий пучок. Очевидный плюс моей внешности: мне подходят совершенно разные прически. Как ни крути, выгляжу хорошо. Здесь это скорее минус. Жирный.

Надо выглядеть плохо, чтобы никто не обращал внимания. Еще один минус: плохо выглядеть я не умею.

Та девушка заняла раковину рядом.

— Меня, кстати, Нэнси зовут.

Из-за шума воды и шелеста зубной щетки о зубы не сразу разобрала, что она сказала.

Сплюнула мятную пасту, ополоснула рот.

— Кара. Ты всегда так тихо разговариваешь?

Плеснула в лицо прохладной водой, прогоняя остатки сонливости.

— Да, наверно, — неуверенность Нэнси чувствовалась отлично.

Это ей либо поможет выжить здесь, либо наоборот. И лучше бы первое.

Промокнула остатки воды на коже. Надо освободить место другим.

— Тебя подождать на завтрак? — поинтересовалась не отходя от раковины.

Робкая улыбка засияла на лице Нэнси. Она закивала.

Кивнула в ответ и пошла собираться.

Для первого дня выбрала один из пяти брючных костюмов. Моя слабость.

Подождала Нэнси в переходе. Она постоянно дергала рукава мешковатой худи, следом шли Джана и Фиф.

Поравнявшись со мной, Фиф придирчиво рассмотрела меня и Нэнси.

— Молодец, быстро схватываешь, как здесь стоит одеваться, — она обращалась к Нэнси, а после перевела взгляд на меня. — А ты точно не понимаешь, где оказалась. Безвкусное тряпье здорово убережет твое тело и нервы.

Она с Джаной двинулась дальше.

Широкие оранжевые штаны развевались в такт шагам Фиф. Тошнотно-бордовая толстовка скрывала ягодицы. Джана одета также, только цвета другие.

Первый урок искусства "выглядеть плохо".

Переодеться не успею, да и не во что. Из всех возможных вещей я привезла самое универсальное. Найдется одна худи, но к ней на теплую погоду идут черные велосипедки, на прохладную — джинсы.

К крему против запаха в список покупок добавился пункт с ужасными тряпками.

— Идем? На завтрак нельзя опаздывать, — взволнованно напомнила Нэнси, вырывая из раздумий.

— Какой-то бред. Почему именно завтрак? День закончится, если кто-то не придет в столовую вовремя?

Нэнси пожала плечами, шагая рядом.

Я не ждала, что у нее найдутся ответы на вопросы.

Столовая в новом корпусе впечатляла. Стены из панорамных окон с обеих сторон. Много света, минимализм, организованное пространство.

Круглые столы, скатерти, мягкие стулья. Дорого.

Где обещанное разделение?

Покрутила головой в поисках выгребной ямы, например, перевернутых вверх дном мусорных контейнеров с ветхими стульями по бокам.

Ничего такого. Слева от входа в полутени протянулись обычные столы, будто спрятанные от глаз столичных.

Видимо, чтобы мы своим видом аппетит не портили.

Беззвучно фыркнула и села за первый же к выходу стол, спиной к дверям.

Нэнси села рядом, бесконечно натягивая рукава. Поставила локоть на стол, стараясь прикрыть лицо от заходящих в столовую.

— Не думаю, что стоит опасаться, — я кивнула на остальное пространство, заполненное студентами. — Наверняка кто-то из преподавателей тоже в столовой, не позволят творить ерунду.

Остальные три места за столом заняли незнакомые ребята. Два парня и девушка. Непонятно первокурсники или бывалые.

Еда на первый взгляд не отличалась от той, чем кормили столичных. Я и не присматривалась. Главное съедобно, вроде не отравлено, блевать не тянуло.

Поперхнулась кусочком абрикоса, почувствовав его. Тот запах, мгновенно поднимающий внутри волну цунами, готовую захлестнуть всех, но направленную только на одного.

Не пришлось оборачиваться, чтобы понять кто появился в столовой.

Откашлялась, схватилась за чай запить першение, вдруг удастся и остальное "залить".

Глава 2

Увы, ничего не изменилось. С каждым вдохом внутренности словно плавили раскаленным железом, обжигали ноги, чтобы они донесли все тело до него.

Незнакомец занял стол почти по центру. С ним все та же компания, что разговаривала вчера у ворот.

— С тебя полтос, — один из парней, кажется, Мишель, весело посматривал на Рину, новоиспеченную второкурсницу. — Я же говорил, в первый день он приедет раньше.

Рина искривила губы.

— После пар отдам, — она кого-то буравила взглядом. — Какого черта? Он всегда приезжает к концу завтрака.

— Первый день, — хмыкнул Олдос.

Они втроем учились вместе. Вместе прошли первый курс, наверняка этим же составом рассчитывали протянуть и новый учебный год.

— Вы о нем? — головой указала на центр столовой.

Рина, продолжая хмуриться, откинулась на спинку и сложила руки на груди.

— Макс Малин. Та еще заноза в этой большой заднице.

— Огромная заноза в огромной заднице, — добавил Мишель.

— С ним лучше даже не разговаривать, — Олдос косился в сторону Малина. — А еще лучше вообще не попадаться на глаза.

Сперва легкие пробкой заткну. Невероятная сила внутренне тянулась к Малину. Покалывание в томительном ожидании по всему телу как изощренная пытка.

Раз существует крем для перебивания запаха, есть ли таблетка, позволяющая ничего не чувствовать?

Пока все доедали, достала планшет. Вбила в поиск интересующий запрос.

Таблеток, к сожалению, не придумали. Кроме, разве что, ослабляющих гон у альф. Это мне точно не потребуется.

Первый день вопреки ожиданиям тек спокойно. На нас никто не нападал открыто. Всячески демонстрировали презрение — да, задевали плечом, якобы невзначай срывали сумки.

Один из дружков Малина подставил подножку третьекурснику из наших. Он был увлечен расписанием и описанием новых предметов, и не заметил постороннее копыто при выходе на лестницу.

Жуткое падение закончилось сломанным носом. Кто-то наступил в лужу крови и теперь оставлял за собой кровавые отпечатки кроссовок.

— Твою ж… — парень остановился, взирая с высоты своего роста на некогда белую подошву. — Сука. Ты мне за них ответишь, биомусор. И отработаешь!

Его глаза гневно пылали при взгляде на окровавленного студента. Тот зажимал нос рукой, рубашка напиталась кровью.

— Пусть тот, кто подножку подставил, отрабатывает, — я поправила сумку на плече. — А лучше дай ему щетку и кроссовки, вдруг труд сделает из него кого-то лучше обезьяны.

Нэнси, топтавшаяся за спиной, испуганно пискнула. Прикрыла рот вытянутым рукавом, смотря на бугая огромными глазами.

Его оскал мог обещать длинную и мучительную смерть, или короткую и ужасную жизнь. Незаметно сглотнула подобравшийся к горлу комок, сцепила зубы, не позволяя страху вырваться на волю.

Дернулась назад, наблюдая за вражеским наступлением… Нет. Стоп. И не подумаю сдвинусь с места.

Нэнси за спиной уже открыто поскуливала, сбивая боевой настрой.

Нависшая надо мной куча костей впечатляла. Один удар и я улечу в иные миры, бороздить просторы вселенной.

Сердцебиение ускорилось, ладони стали неприятно мокрыми. Удержала дыхание в ровном ритме, чтобы внутреннее состояние не бросалось в глаза.

— Ты кто такая? — вибрация голоса ощущалась даже на этом небольшом расстоянии.

В карих радужках клубилась темнота. Желание показать, где мое место и куда стоит засунуть язык.

Его пальцы сложились в здоровый кулак. Казалось, рука расслабленно висела вдоль туловища, если бы не вздыбленные мышцы, неприкрытые коротким рукавом футболки-поло.

— Человек. По внешним признакам непонятно?