***

Я тонула. В море обиды, горя и печали. Накатывали волны бессилия и тоски. Они накрывали ледяными потоками и вымораживали душу и сердце. Подо мной холодный камень пола ощущался надгробной плитой.

На стену упал белый свет луны, вырисовывая дорожку — путь в никуда. Завывания ветра слышались сквозь окна, и казалось, что сотни мертвых душ пришли ко мне, зазывая принять путь забвения.

— Иви, — раздался глухой голос.

Я повернула голову на звук. Грэг сидел на стуле и смотрел на меня печальным взглядом, с сожалением и болью осознания. Я отвернулась и опять уставилась в потолок.

— Ив, я хотел тебе все рассказать, но… Все оттягивал этот разговор, пока не стало слишком поздно.

— Да, теперь слишком поздно, — мой голос прозвучал далеким эхом, затерявшимся в жалобных завываниях ветра.

— Нет, еще не поздно, — Грэг опустился рядом со мной на колени, и обхватил ладонями мое лицо. Теплые… Тела своего я не чувствовала. — Послушай меня, я много сделал неправильного. Не рассказал тебе, что у меня есть невеста. Я виноват перед тобой. Но… я могу все исправить. Некоторые вещи уже не вернешь. И знаю, ты меня возненавидишь, но я сделаю все, чтобы изменить то, что еще можно. Иви, ты слышишь? Я на все пойду, лишь бы ты была со мною рядом. Я не отдам тебя!

В его глазах разрастались золотые прожилки, словно треснувшая скорлупа, выпускала наружу содержимое. Темнота оболочки разрушалась, а золото заливало всю радужку.

— Я все исправлю, — твердым голосом повторил он и взял меня за обе руки. — Да ты вся закоченела! Ну-ка иди сюда. — И меня подняли с пола. Грэг прижал к себе. — Подожди, сейчас. — Бормотал он и нес меня куда-то.

— Отпусти меня, — слабо проговорила я, голос совсем потерял окрас. Он будто тоже умер вместе с моим сердцем.

— Сейчас, малышка, согреем тебя. — Я задергалась, но руки Грэга еще сильнее прижали к себе.

Меня прямо в одежде погрузили в ванную, и он открыл воду. Грэг суетился рядом. Я лишь отстраненно смотрела, будто не со мной все происходило. Меня захватила апатия, я ничего не чувствовала, ноги и руки меня не слушались.

— Вот так, — потрогал он воду. — Не горячо?

«Я не знаю…»

Грэг стал растирать мне руки, плечи.

— Нет, так не пойдет, — и стал снимать с меня одежду, переворачивая, словно куклу. А я даже не прилагала никаких усилий, чтобы помочь ему. Сердце в груди еле билось.

— Тебе лучше? — с тревогой заглядывал в мои глаза Грэг. Горячая вода уже скрыла тело, но я даже не чувствовала ее тепла. — Иви, посмотри на меня, — мое лицо повернул к себе. Тревога, затаенная грусть и паника в его глазах. Жалкий подобие его эмоций, в отличие от тех, что он подарил мне.

— Иви, — простонал он и сел на пол, прислонившись спиной к ванне. Откинул голову на бортик и задумчиво уставился в потолок. — Сколько же я всего натворил. Даже не знаю, простишь ли ты меня. Но я же не знал, что приедешь именно ты. И не представлял, что ты так станешь дорога мне. — Покачал он сокрушенно головой, горестно усмехаясь. — Но мне есть, что еще можно исправить. Обещаю, я спасу тебя. — Кивнул сам себе. — Я изменю предрешенное. И сделаю ради тебя все. — Он взгляну на меня. — Ты мне очень дорога, Иви. — Взял мою руку, безучастно лежащую на краю бортика, и прикоснулся к ней лбом. Он молчал, лишь слышалось, как капли из крана ударялись о воду, оставляя круги, расходившиеся все дальше и дальше, затрагивая всю поверхность.

Глава 18

Глава 18

Голова пульсировала, веки налились свинцом, и открывать глаза вовсе не хотелось. В комнате слышались звуки: входил новая горничная Далина, спрашивала меня про завтрак, но я молчала. Меня просто не было. Для этого мира, для этой жизни, для Грэга.

Вчера он вытащил меня из ванной, завернул в полотенце и оделяло, уложил на кровать. Молча сидел рядом, нежно гладил, но я ни на что не реагировала.

— Я все изменю ради тебя, Иви, — сказал Грэг и ушел.

***

— Госпожа, извините, но там приехал лорд Эдвард Ферро. Вы спуститесь?

Отец Грэга. Не хотела никого видеть, лежала бы так вечность. Я не знаю, как жить дальше. Как верить тому, кто врал? Но, в конце концов, он же на мне женился. И он клялся вчера, что я ему нужна. А если он разведется со мной и будет с Сативой? Но… он сказал именно я ему важна. Что-то поднялось из глубины замутненной тиной обиды. Протест красной пеленой окутал разум. Сердце застучало быстрее, а кровь забурлила в венах. И я резко встала. «Он мой! Я не могу так просто отпустить его! Он мой… Не на Сативе женат, а на мне».

Привела себя в порядок и собралась жить дальше, и бороться за свою любовь и счастье. «Это все же не измена, это ложь, проевшая первую дыру в нашем благополучном браке, но это не так страшно», — рассудила я. Мы решим эту проблему с Грэгом вместе, и я смогу его простить, ведь люблю его. И не нахожу в себе сил ненавидеть мужа. Он занял место в моем сердце окончательно и бесповоротно. И да, я не знатная, не очень образованная, но судьба ведь свела нас вместе! И это что-то значит. Все будет хорошо.

***

Попыталась дружелюбно улыбнуться свекру и поздоровалась:

— Добрый день, милорд!

— Ивонн! — передо мной предстал вполне себе даже хорошо выглядевший отец Грэга. Красивый костюм, бриллиантовая булавка, воткнутая в шейный платок, золотые часы в карманчике сюртука. Болезнь только выдавало бледное лицо, и впалые потухшие глаза.

— Рада видеть вас, — учтиво сказал ему.

— Как у тебя дела?

— Спасибо, все хорошо.

В комнату зашел Арчибальд с мрачным лицом, и сел в кресло.

— Арчи, ты же помнишь, о чем мы с тобой говорили? — с улыбкой обратился к сыну лорд Эдвард Ферро.

— Да отец, конечно, помню.

— Ты же не сомневаешься? — прищурился старший лорд Ферро, пристально глядя на сына.

— Отнюдь. Я полон решимости, — кивнул Арчибальд, разглядывая золотую печатку на пальце, ее украшал оникс с бриллиантом.

— Ну, — хлопнул себя по коленям лорд Эдвард Ферро, и встал. — Тогда я вас жду.

— Конечно, мы будем вовремя, — кивнул Арчибальд отцу, и тоже поднялся.

Я спохватилась и спросила:

— Как? Вы не останетесь на обед, лорд Ферро?

— Нет, мне пора. Дела, — криво ухмыльнулся Эдвард Ферро, и Арчибальд ушел его провожать.

Я походила по первому этажу, и, спросив у экономки, где муж, узнала, что он уехал еще ночью.

— Миссис Ферро, обед подан, — обратился ко мне слуга с поклоном.

— Спасибо, — и направилась к столу.

В обеденной зале никого не было. Одинокий длинный стол, уставленный яствами для десяти человек, и я одна. Чувствовала себя не в своей тарелке. Что-то грызло меня изнутри, давило. Предчувствие било в набат, и нервы натянулись, как струны. Ковыряя вилкой в омлете, откинула в сторону веточку петрушки — терпеть ее не могу, да и укроп тоже. Ерзала на стуле и обдумывала разговор с Грэгом. Мне ведь надо с ним поговорить? Что сказать? Я боюсь мямлить и быть слишком неуверенной. На меня серьезно никогда не смотрели, во мне не хватало силы духа, чтобы принимать за настоящего противника и оппонента в спорах. Но я постараюсь быть стойкой, и не сразу же соглашаться с доводами Грэга. Я заставлю его чувствовать себя виноватым.

Пригубила кофе и откусила кусочек черничного маффина.

— Ивонн, — размашисто шагая, в зал вошел Арчибальд. — У нас проблемы. Ты нужна нам. Быстро собирайся и полетели.

— Что случилось? — запаниковала я, отметив нервозность Арчибальда. — Что-то с Грэгом?

— Да, и с ним тоже. — Вцепилась в стол руками, чувствуя, как дрожь прошлась по телу.

— Что с ним? — спросила упавшим голосом.

— Ничего смертельного, но и нечего хорошего, — нахмурился Арчибальд. — Пойдем со мной.

— Да, конечно, только подожди пару минут, я возьму с собой чемоданчик с лекарствами, — и хотела было уже бежать наверх за ним, но Арчибальд меня остановил:

— Нет времени, нужно как можно быстрее оказаться на месте.

— Хорошо, — сердце судорожно сжалось от предчувствия беды.

***

На открытой площадке, с которой обычно улетали драконы из замка было безлюдно. Огляделась в поисках прозрачного шара для перевозки таких бескрылых как я — его нигде не было.

— Нет времени — понял мой немой вопрос Арчибальд. Я удивленно подняла брови, а потом до меня дошло!

— Нет, — замотала головой и попятилась назад. Выставила перед собой руки. — Я не согласна так лететь! — Выкрикнула ему. А Арчибальд уже обернулся в дракона, и передо мной расправлял гигантские крылья корабль небес золотого цвета. На меня покосились глаза кофейного цвета с узким вытянутым зрачком, и он рыкнул, да так, что меня чуть не снесло.

— Нет, пожалуйста, Арчибальд! — все пятилась от него, но мои протесты были тщетны, их никто не собирался принимать во внимание. И я с ужасом увидела, как ко мне приближается огромная лапа: с наростами, твердыми, словно каменная порода и острыми, в мой рост, когтями.

«Да он меня раздавит! И будет неудобно и очень холодно…» Это последнее, что пронеслось в голове перед тем, как меня схватили, не сказать, чтобы бережно. Я почувствовала, как внутри все бултыхнулось и органы сотряслись, что вызвало волну боли. Завизжала. Порывы яростного ветра ударили в лицо, и крик потонул в его завывании. Я задохнулась и закашлялась. Вцепилась намертво в лапу дракона, но было ощущение, словно камень держу. Мы быстро взмывали вверх. Далеко внизу виднелся замок, и темное беспокойное море. Ветер так рьяно бил в лицо, что дыхание не хватало, и кожу прорывали тысячи ледяных игл. Чтобы как-то защититься я свернулась клубочком в лапе. Тут было достаточно тепло и безопасно, насколько это вообще может быть в лапах гигантского дракона.