– Тише, Арах, тише, – тот же голос услышала она из своих уст, что звучал в подземелье, после соприкосновения с шаром. Сердце девушки ёкнуло. Или это было сердце мужчины, в чьей голове она опять оказалась? Странным образом она могла ощущать его боль, его чувства, но саму себя проявить никак не могла. – Давай покажем этому гордецу, на что мы способны.

Конь несколько раз кивнул головой и беспокойно переступил с ноги на ногу, заставляя наездника крепче взять его за поводья. Они находились в довольно большом загоне, центральную часть которого занимали разного размера деревянные препятствия. Несколько лет назад Беверли видела, как через такие препятствия перепрыгивают лошади, и это зрелище полностью захватило ее. Неужели они сейчас сделают тоже самое? Чрезмерное волнение поглотило ее. Ей было страшно, но неизвестно почему, она доверяла человеку, в чей разум так бесцеремонно проникала уже не в первый раз. Беверли мучилась вопросом, кем он был, и почему она снова оказалась в его голове.

– Ну что ж, брат, покажи нам с Лилией, как это нужно делать, – Беверли обернулась и увидела еще одного наездника на прекрасной пегой кобыле. Молодой человек со светлыми волосами, доходившими до плеч и стянутыми кожаным ремешком, широко улыбался.

Беверли почувствовала невероятную близость с этим голубоглазым молодым мужчиной, словно он был ее родственником. Она понимала, что это, скорее всего ощущения юноши в чью голову она забралась, но чувство было довольно сильным.

– Видишь, Арах, этот себялюбец нам не верит, – усмехнулся он и направил коня к препятствиям.

Сердце Беверли забилось чаще от предвкушения. Легкая волна возбуждения прокатилась по телу, оставляя за собой ворох мелких мурашек. Они оба снова обернулись на светловолосого парня и подмигнули ему. Ужасно интересно было находиться в теле этого юноши и вторить всем его движениям, словно они были ее собственными. А еще очень приятно было, что в этот раз никто не собирался его клеймить.

Девушка отчетливо понимала, что он чрезвычайно уверен в себе и, судя по всему, делал это уже не раз.

– Достаточно нам Господа, и он – наилучший Покровитель! – тихо произнес мужчина и пришпорил коня.

Арах бросился вперед и Беверли почувствовала истинное наслаждение, погружаясь в эмоции мужчины. Его сердце наполнилось радостью и неприкрытым юношеским восторгом. Девушка ощущала, как гибкое тело коня напрягается перед прыжком, а потом невообразимое чувство полета и жесткое приземление. Это было невероятно! Беверли не могла похвастать тем, что видела много лошадей или, что внимательно к ним приглядывалась, но вот такого скакуна, как этот, ей точно не приходилось видеть. Он был совсем невысоким и сухопарым, с длинной шеей и квадратной во лбу головой. А переносица его казалась слегка вогнутой. Конь этот, безусловно, был благородной породы и привезен в Кармифол откуда-то издалека. Он мгновенно подчинялся хозяину, демонстрируя невероятную преданность и ум. Если бы у Беверли была возможность завести собственную лошадь, она непременно пожелала бы именно такую. Перед последним и самым высоким препятствием сердце Беверли дрогнуло и она, признаться, даже струсила, но мужественное сердце юноши придало ей сил. Этот полет она никогда не сможет забыть.

Когда все препятствия остались позади, Беверли услышала стук копыт, и светловолосый мужчина нагнал их.

– Как всегда превосходно, брат! – искренне восхитился мужчина. Невероятная гордость охватила его, и он не пытался ее скрыть. – Я бы тоже хотел научиться этому, но нам с Лилией не одолеть две последние преграды.

– Это лишь вопрос времени, «ах»! Мужества и сноровки тебе не занимать, а Лилии нужно лишь привыкнуть к тебе и довериться. Сразу подобного единения не бывает, – молодой человек спешился и взял коня под уздцы. Беверли почувствовала тревогу, таящуюся в нем, и настроение его тут же изменилось. – Ты говорил с отцом?

– Да, – друг тоже спустился с лошади. – Он все так же непреклонен.

– Возможно, ему нужно время? – опечалился юноша, и Беверли почувствовала мимолетную жалость.

– Он верит тебе всецело, брат, – поспешил заверить его голубоглазый мужчина. – Но ты же знаешь, что он излишне печется о моей безопасности.

– Я хотел, чтобы ты поехал со мной. Хотел показать тебе свой дом!

– Я знаю, и это обязательно случится, – светловолосый мужчина положил руку на плечо друга и слегка сжал его. – Пусть не по крови, но ты мой брат! Я даю тебе слово, что однажды увижу просторы твоего родного дома и так же как и ты смогу восхититься восходящим над песками солнцем…

– Мисс Беверли! Мисс, – негромкий голос Служанки добрался до крепко спящего сознания девушки, и она повернулась на спину, желая досмотреть прекрасный сон, где она свободно парила на спине великолепного Араха. – Мисс, вы просили разбудить вас.

– Да, Марша, спасибо, – пробормотала Беверли и укрылась одеялом с головой.

– Так дело не пойдет, мисс. Этак вы снова уснете, – строго сказала Марша. – Вставайте, не то проспите свой первый день.

– Угу, – промычала она, даже не собираясь вылезать из постели.

– А ну- ка поднимайся маленькая лентяйка, – другой веселый шепот, похожий на шипение, заставил Беверли распахнуть глаза. – Вставай.

Возле ее кровати стояла Кессиди Левенсви и упирала свои маленькие кулачки в бока. Ее серые глазки лучились озорством, а губы были сжаты, едва удерживая за ними подавленный смешок.

– Если ты сейчас же не выберешься из постели, я разбужу Кортни, – пригрозила подруга.

– Что ты вообще здесь делаешь? – села, наконец, на кровати Беверли.

– То есть как, что я здесь делаю? Ты идешь на работу! Подумать только! – Кессиди опустилась рядом с подругой на кровать. – Ты вчера сказала, что тебе нужно встать ни свет, ни заря. Я ведь знала, что ты до последнего будешь нежиться в кровати и проспишь все на свете. Так оно и оказалось.

– Я приготовлю вам завтрак, мисс. Теплая вода уже ждет вас, можете умыться, – сказала Марша и вышла из комнаты.

Беверли выбралась из кровати и босыми ногами прошлепала к миске с водой.

– Хорошо, что ты пришла Кессиди, – сказала она, вытирая лицо. – Мне нужно подобрать наряд. Мистер Мортимер сказал, что мои платья не подойдут.

– Какой он?

– Кто?

– Ну, этот маг, мистер Мортимер?

– Сложно сказать, – задумалась Беверли. – Он не очень хорошо воспитан, немного высокомерен и упрям. Но это только первое впечатление, я видела его всего несколько минут.

– А как он выглядит? – Кессиди распирало от любопытства, поскольку ей доводилось лишь слышать об этом человеке и обсуждать слухи за чаем со своими такими же мало осведомленными подругами.

– Как маг, – пожала плечами Беверли. – Высокий, возрастом, как наши отцы, в странном наряде.

– Говорят, для него нет ничего невозможного, – зашептала Кессиди. – Как же тебе повезло!

Беверли, конечно, так не считала, но вспомнила, какие ощущения подарили ей эти несколько минут в лавке мистера Мортимера, и подумала, что все не так уж плохо.

– А теперь давай выбирать наряд! – сказала Беверли и распахнула шкаф.

Надо сказать, что нарядов у Беверли было много. Матушка не позволила продать ни один из них, только ради того, чтобы старшая дочь могла достойно показать себя на приемах в Бромте. Мистер Левенсви пообещал им, что ни одна дверь этого города не закроется перед семьей Монгроув, даже, несмотря на положение, в котором они оказались.

Разноцветные кружева, ленты и банты. Столько цветов и разнообразных фасонов, предстало перед глазами девушек. Но их вид чрезвычайно удручал Беверли. Здесь вряд ли найдется хоть что-то подходящее.

– Из твоих платьев, тебе может подойти только темно зеленое, в котором ты ходишь на воскресную службу, – послышалось из-под одеяла Кортни, а потом и сама девочка высунула свою головку. – Оно самое скромное, а если оторвать от него кружева и не надевать нижнюю юбку, то и вовсе будет самое то, что нужно.

Беверли застыла в нерешительности, представляя в своей голове все, что только что сказала ее сестренка.

– Ты мой маленький гений! – воскликнула девушка, подбегая к кровати Кортни и звонко чмокая сестренку в раскрасневшуюся щеку. – Даже не до конца проснувшись, твоя голова работает как надо.

Беверли снова вернулась к шкафу и выудила из него, то самое платье, о котором говорила Кортни. Они с Кессиди немного поколдовали над ним, стараясь довести его до такого вида, чтобы не сильно отличаться от девушек портового района.

– Конечно, заметно, что ткань слишком изысканная, – сказала Кессиди, – но я думаю, это не страшно.

– Все равно, это лучшее, что мы могли придумать, – Беверли осталась довольна. Она выбрала самые старенькие туфельки из тех, что у нее были, и сняла все украшения, оставив, лишь маленький кулончик на тоненькой цепочке. Почему-то она решила, что ее серьги и единственное колечко, будут только мешать.

– Выглядишь прекрасно! – немного удивилась Кессиди. – Волосы можно не собирать высоко, а просто перевязать лентой.

Девушки выпили чаю, и Кессиди проводила подругу до ворот, где их ждал невысокий пожилой мужчина.

– Это Гордон, наш конюх. Он проводит тебя, – сказала девушка.

– Зачем?

– Еще только-только начало светать, кто знает, что может ждать тебя на пути. Пусть хотя бы несколько первых дней Гордон тебя сопровождает, а потом сама решишь, – заявила подруга тоном, не принимающим возражений. – Да и мне так будет спокойнее. Не переживай, Гордон никому ничего не расскажет. Чаще всего он нужен Рою, но поскольку брата сейчас нет в городе, никто не станет его искать.