Естественно, я не успела даже пискнуть, как он за горло прихватил наглеца и что-то тихо и нецензурно рыча, выволок того на улицу.
Иприт твою медь!
– Спина! – рыкнула и помчалась следом.
Конечно, к тому времени, пока я спустилась по ступеням, от входных дверей навстречу мне уже шёл совершенно довольный Громов:
– Не волнуйтесь, Ида Витальевна, больше это чучело вас не побеспокоит.
– Безусловно, спасибо вам, Роман Евгеньевич. Но не стоило так напрягаться, – была я не шибко счастлива, но что поделать?
Работаем с чем есть.
– Пойдёмте теперь посмотрим, как это геройство отразилось на состоянии вашей спины, которую мы, на минуточку, целую неделю пытались привести в порядок.
Недолеченный майор хмыкнул и покорно потопал следом.
Ладно, хоть высказалась.
А уложив Громова на кушетку и ознакомившись с его текущим состоянием, вынуждена была тяжело вздохнуть:
– Спина опять «поехала». Ни себя не бережёте, ни мою работу не цените.
– Что вы, Ида Витальевна, – прохрипел слегка придушенный пациент, – вы как божья милость, которая подарила мне веру в людей и чудеса. Ну и надежду вернуться к работе и полноценной жизни.
– Если вы полагаете, что полноценная жизнь непременно включает в себя рукоприкладство, то я вас разочарую, Роман Евгеньевич. Вам пора пересмотреть свое понимание реальности, традиций и автоматических реакций. Потому что в настоящее время ситуации такова: после каждой заварушки, в которой вы рискнёте поучаствовать, вам непременно придётся являться ко мне, чтобы привести ваш изрядно потрепанный организм в рабочее состояние.
Громов замолчал, прикрыл глаза, и у меня создалось впечатление, что обиделся.
Боже, какие мы нежные!
Но на самом деле обиженные пациенты никогда не мешали мне работать, поэтому я спокойно занялась его спиной, поскольку именно она сейчас требовала больше всего внимания.
Час пролетел незаметно, но результаты оценил даже сердитый Громов:
– Благодарю вас, Ида Витальевна. Как всегда, после ваших «волшебных ручек», поднимаюсь новым человеком. Живым.
Да, здорово, конечно, что пациент доволен, но с такими взглядами на жизнь и готовностью влезть в любую драку, надолго моих стараний не хватит, к сожалению.
– Это всё хорошо, вот только у меня будет одна просьба: поберегите себя. Честно говоря, при сохранении текущего состояния, я полагаю, что у нас с вами впереди ещё две максимум три встречи, на которых мы разберёмся с вашими зажимами в шейном отделе, решим вопросы со швами на спине и отбалансируем организм целиком. Но если не дать телу времени отработать изменения и привыкнуть к правильному положению органов и систем, то возможен откат до того печального состояния, в котором вы ко мне пришли, – напомнила на всякий случай, не очень веря, что буду услышана.
Пока Громов одевался, а я описывала в карточке сегодняшний прием, у меня максимально некстати зазвонил телефон.
Поскольку беспокоила меня хозяйка квартиры, в которой я жила, проигнорировать звонок было невозможно. Извинившись перед пациентом, Кристине Сигизмундовне я ответила. Увы, дама она была хоть и в возрасте, но очень громкая:
– Ида, детка, я надеюсь, ты решила вопрос с бачком?
Как бы, интересно, я его решила, если сама в сантехнике ни фига не понимаю? При этом почти все время провожу на работе…
– К сожалению, Кристина Сигизмундовна, ещё не успела, потому что мой рабочий график с графиком сантехника никак не совпадает. Но в ближайшее время я обязательно разберусь с текущим бачком.
Божий одуванчик, владеющий тремя квартирами в новом ЖК, ещё немножко покудахтала, и мы распрощались.
Вот, теперь нужно было ломать голову, как выкроить хотя бы половину рабочего дня, для того чтобы вызвать сантехника из управляющей компании. А времени-то совсем нет, и не предвидится.
– Ида Витальевна, а что у вас там с бачком-то? – неожиданно поинтересовались над ухом, а я так задумалась, что совершенно не заметила, как Громов подобрался слишком близко.
Опасность.
Прикрыла на мгновение глаза, все же он – очень крупный мужчина, подавляющий. А я такое не люблю. Я привыкла быть главным слоником в округе.
– Да течёт, зараза. Приходится воду перекрывать, когда на работу ухожу, – вздохнула печально, ибо звук постоянно льющейся воды в сортире безмерно раздражал.
Еще и необходимо было помнить, что кран надо перекрыть, уходя, и открыть, возвратившись.
Сплошная морока.
Роман Евгеньевич вдруг широко улыбнулся:
– Так, давайте я посмотрю, что стряслось. Потом нужные материалы куплю, да поправим всё. Там, скорее всего, с поплавком беда или, может быть, прокладки надо сменить.
Идея была, конечно, замечательной, но…
– Во-первых, сейчас уже почти ночь на дворе, и вряд ли какой-то из магазинов нужного профиля работает. А во-вторых, я живу довольно далеко, – улыбнулась в ответ, разведя руками.
– Фигня вопрос. Я на машине. Отвезу вас, – о, рыцарь готов продолжать спасать даму. Теперь от проблем с сантехникой.
Поглядела в окно, где было уже темно, и сияли фонари.
Так, прием закончился в десять, а в таких случаях обычно домой я добиралась где-нибудь ближе к двенадцати.
Наверно это и решило дело.
– Буду вам благодарна, Роман Евгеньевич, если поможете разобраться с сантехникой.
– Нет проблем, Ида Витальевна. Говорите, куда ехать.
А потом меня ожидал еще один сюрприз. Оказывается, если передвигаться не общественным транспортом, а на машине да по платной скоростной магистрали, то дома я могу оказаться через полчаса.
Фантастика.
Мысль даже мелькнула:
– Может, мне права получить?
Глава 6: Очевидное… невероятное
Глава 6: Очевидное… невероятное
Ну, я, как и любой другой нормальный мужик, едва почувствовал, что насущные проблемы разрешились, то есть у меня нигде не болит, не ломит и не тянет, сразу пожелал убедиться в этом. Ну, в самом главном: вернулся ли я в форму?
Помня наказ Булочки, первым делом на ринг не полез, хотя и хотелось ворваться с погружением в реальную жизнь.
Нет, я хорошо подумал и позвал друзей в тир.
Да, в рабочий, но, в конце концов, где еще выдохнуть, расслабиться с коллегами и проявить себя во всей, вновь обретенной, красе?
Там как раз будет возможность и ноги-руки проверить, да и башку, что сейчас весьма кстати, а то мысли странные начали посещать. Не к добру это.
Собрались мы нормально, постреляли отлично: это я к тому, что руки не дрожали, глаза не косили, и челюсть не сводило, за это Иде Витальевне натурально надо премию выдать, да, может, цветов принести?
Другое дело, что нам в этой вылазке, как обычно, условно повезло с соседями: несколько барышень из экономического департамента, кадров и бухгалтерии пришли отстреливать обязательный для сотрудников минимум. И все эти красотки несколько раз подходили к нам с просьбой помочь, направить, наставить, подсказать, поддержать и научить, как улучшить результат.
И все ко мне. По очереди, блин.
Да, девчонки оказались вполне себе хороши: стройные, длинноногие, фигуристые, при полном макияже и даже с профессиональной салонной укладкой. Ну вот и такие слова я, благодаря матушке, знал.
Но за долгие годы перевидал я подобных охотниц за золотым колечком столько, что теперь определял их издалека и с первого взгляда.
Бесили.
Вот до скрежета зубов, а это мне нынче вообще не в кассу.
– Смотрите, вокруг Зевса снова бабы кружат, – ржали парни. – А ты за форму переживаешь! Все у тебя норм. По уставу.
– Куда ни придёшь, везде одно и то же, – скривился и неожиданно вспомнил.
А вот в медцентре у Булочки я чувствовал себя совершенно по-другому: ни намёка на флирт, ни даже лёгкого какого-то интереса и внимания, отличного от профессионального.
Обладательница «волшебных ручек» и внушающих уважение габаритов Ида Витальевна всегда была собрана, деловита и работала исключительно как специалист высокого уровня.
Без всяких там.
А я бы, может, и не отказался, чтобы её тёплые, нежные ручки меня погладили не по уставу.
Эта мысль заставила замереть, потом внимательно оглядеть щебечущих неподалёку длинноногих, раскрашенных девиц.
И очень сильно пожалеть.
О слове, данном Князеву.
– Чертов Мот, – выругался мысленно, – как-то он поймал меня за язык так неудачно. Эх, зря я пообещал не лезть к Булочке… она така-а-ая…
Но моё лёгкое сожаление, что я зря обязался не смущать покой доктора-волшебницы, превратилось просто в кевларовую уверенность в собственной грубейшей ошибке практически тем же вечером, когда мы с ребятами заскочили чуть тусануть в бар.
Несмотря на то что место выбрали весьма приличное и практически «для семейного отдыха», очень быстро к нашей дружной и веселой компании прибились какие-то, ищущие приключений и развлечений, девицы.
Ну, парни хоть душу отвели. И не только ее. Хотя зря они это, как по мне.
Но старому цинику Зевсу оставалось ругаться про себя:
– Тоже мне, кобели блохастые. А если до этого момента и были некоторые из них домашние и чистенькие, то уж от этих девиц точно какую-нибудь фигню подцепят.
И снова перед глазами появилась аккуратненькая, гладенькая, рыженькая сладкая булочка. А ведь она же еще и пахла отпадно.
Окончательное же прояснение в мозгах у меня состоялось на утро. Явившись на следующий прием и застав рядом с рыжей красавицей какого-то недоделанного поклонника, понял Роман Евгеньевич со всей очевидностью: