– Конечно. – Пусть еще понятия не имела, как, но я все исправлю.

Он открыл дверь только после второго звонка. Волосы были влажными и встопорщенными, а аромат его геля для душа щекотал мне нос. Несмотря на то что Спенсер выглядел свежим и бодрым, я отчетливо видела темные круги у него под глазами.

Без единого слова он отошел в сторону и распахнул дверь. Если его и удивил ярко упакованный подарок у меня в руках, то виду он не подал.

Спенсер пошел на кухню и достал бутылку воды из холодильника. Потом встал ко мне вполоборота.

– Обезболивающее нужно?

Я пристыженно качнула головой. У Элли я уже выпила одну таблетку, прежде чем уйти домой, чтобы захватить подарок Оливии и смыть со своего тела отвратительный запах вчерашнего дня.

Кивнув, Спенсер открыл воду. Затем опять закрыл. Повторил то же самое несколько раз. Он крутил пластиковую бутылку в руке и рассматривал голубой логотип. Взгляд был темным и разочарованным, так что заготовленное извинение внезапно показалось мне просто недостаточным.

Я сделала шаг к нему, медленно, потому что его вид казался настолько чужим и странным, что я не знала, как себя с ним вести. Потом аккуратно коснулась его руки, и он вздрогнул. Это было похоже на удар в грудь.

– Спенсер, я поступила как идиотка. Пожалуйста, прости меня. – Слова звучали пресно, и я видела, что они совершенно его не тронули.

Он избегал моего взгляда и вместо этого продолжал изучать надписи на бутылке.

Я собиралась снова к нему прикоснуться, но на этот раз он поймал меня за запястье и удержал.

– Пожалуйста, не надо. – Как будто обжегся об меня, он отпустил мою кисть и снова отвернулся от моего взгляда.

– Я не хотела сделать тебе больно, – прошептала я.

Он вскинул голову, и злость в его глазах застала меня врасплох.

– Ты же не можешь говорить это всерьез.

Сердце подпрыгнуло к горлу.

– Что?

У него вырвался смех. Прозвучало фальшиво, совсем-совсем фальшиво.

– Ты не хотела сделать мне больно… Доун, ты уже несколько месяцев подряд каждый день разрываешь мне сердце.