– Вот, съешь, – заговорил Исаак через некоторое время.

Я распахнула глаза. Он держал у меня перед носом шоколадный батончик. Помедлив, я его взяла, развернула обертку и откусила маленький кусочек. В первый момент желудок взбунтовался, но шоколад пошел мне на пользу. И хотя я вообще-то не была любительницей сладкого, все равно съела все до последней крошки.

После этого я несколько минут просто пялилась в пустоту перед собой. А затем, наморщив лоб, повернулась к Исааку. Невзирая на то что точно слышал, в чем меня обвиняла Аманда, он пошел за мной. Это сбивало с толку.

– Почему ты побежал за мной? – скептически спросила я.

Он нахмурился:

– Потому что то, что произошло внутри, – настоящий кошмар.

– Такая шлюха, как я, ведь другого и не заслуживает, – с иронией в голосе откликнулась я.

– Сойер! – Исаак возмущенно взглянул на меня.

– А что? Ты же слышал, что я сделала.

– Мне плевать, что ты сделала. Физическое насилие – это ненормально, – мрачно ответил он. Исаак продолжал смотреть на меня через стекла этих дурацких ботанических очков, и я невольно задалась вопросом, не собирали ли они солнечные лучи, чтобы направить их на меня, так как мне вдруг стало так приятно тепло.

– Я не знала, – в какой-то момент произнесла я и опустила глаза на мыски своих ботинок. – Я…

– Всё в порядке, – остановил меня Исаак. – Я тебе верю.

Подняв глаза, я заправила волосы за уши.

Исаак внимательно изучал мое лицо, затем его взгляд снова упал на пульсирующее место у меня на щеке, где наверняка все еще виднелся отпечаток ладони Аманды.

– Мы – не то, что они о нас говорят, Сойер. Не позволяй себе поверить в это. – Он подбадривающе улыбнулся мне, и медленно, очень медленно болезненные вспышки на щеке начали утихать.