- Правда? - поинтересовалась Синди, хлопая ресницами, и при этом вид у нее был самый, что ни на есть невинный, но я-то знал, как она любит меня дразнить в отместку за то, что я часто делаю то же самое.

- Ну держись, котенок, будет еще и на моей улице праздник, когда Джек начнет выбалтывать все твои детские секреты.

- Мне нечего скрывать, - гордо заявила она, но было очевидно, что ее бравада напускная, и ей явно есть, что скрывать, в отличие от ее слов.

- Мне казалось, ты голоден?

- Весь аппетит с вами пропал, - проворчал я, целуя ее пальчики.

- Правда? Значит, ты не будешь мои булочки с корицей? - хитро спросила мама.

- Те самые?

- Угу.

- Черт, да за них я готов простить вам двоим все ваши насмешки, - возбужденно проговорил я, вдыхая воздух, пропитанный запахом свежей выпечки, удивляясь, как это я не обратил внимания на этот аромат, так любимый в детстве. Я безошибочно всегда угадывал, когда Дайна пекла мое любимое лакомство.

- Я так и думала! Я же говорила, Синди, за сладкое мой сын простит, что угодно.

- Не всех и не все, но вас я, определенно, прощу девочки, - хватая горячую булочку, только что вытащенную Дайной из духовки, заявил я.

уа отошла налить нам чаю, пока Дайна присаживалась рядом.

- А где все остальные?

- Твой отец и Джек в гараже разбирают всякий хлам, которому давно место на свалке, - недовольно произнесла Дайна, поблагодарив Синди, когда та поставила перед ней чашку.

- А Лесли чего-то там захотелось, и Харди поехал выполнять ее очередной каприз.

Намазав булочку маслом, я положил ее Синди на тарелку, а затем принялся намазывать свою. Слушая о проделках Лесли которая все время чего-то хотела: будь то мороженое или чизкейк с солеными огурцами, бедному Харди, явно, приходилось нелегко.

- Как же я соскучилась по моей девочке! - заявила миссис Эндерсон, заходя в кухню и приобнимая Синди.

Мы уже закончили есть, и Синди, убрав со стола, собиралась помочь Дайне с праздничным ужином. Мне нравилось наблюдать за Синди. Когда жена разговаривала с матерью или Джек, она становилась такой счастливой. Я прекрасно понимал, что она сильно скучает, когда меня нет дома, а в последнее время из-за работы я отсутствовал слишком часто. Я понял свои заблуждения, думая, что расстояние от родных и Джоша поможет мне удерживать Синди в своей власти. Но теперь я не хотел власти над ней, мне нравилось наше равноправие в отношениях, которые мы не сразу, но все же сумели построить. Я хотел вернуться в Лос-Анджелес, зная, как это осчастливит Синди. Через четыре месяца это будет реальным, и мы вернемся уже навсегда.