Картинка рассыпалась на пиксели, и я снова барахтаюсь в киселе. Ноги и руки увязли в жиже непонятного цвета, я пытаюсь плыть, но застреваю в ней все глубже. Неожиданно голову разбивает звон тысячи колоколов. А еще ужасно хочется пить.

Вокруг так темно. Только тусклый свет луны проникает сквозь решетку на окне, вырисовывая продолговатые прямоугольники на моих ногах и кусочке пола. Ущипнула саму себя, что есть сил.

— Ай! Выходит, это уже не сон, — проговорила хриплым шепотом пересохшими губами.

Пытаюсь приподняться на локтях и осмотреться. Голова раскалывается. К горлу подкатывает тошнота. Даже после самой худшей попойки в жизни не было такого дрянного состояния. Что со мной происходит?

Сажусь, свешиваю ноги в босоножках, нащупываю ими пол. Я на кровати. На мне то же платье и купальник, в которых я была в баре. В голове все плывет, но я не на яхте. За окном слышно ночное щебетание птиц и оживленный гул насекомых. Я в доме где-то на острове или на материке.

Каждое движение дается с трудом, словно импульс от мозга до конечностей доходит по какому-то удлиненному пути, занимающему уйму времени. Пытаюсь дотянуться до окна, чтобы впустить свежий воздух, но тщетно. Упираюсь в гладкое стекло, руки соскальзывают вниз, словно к каждой привязано по гире. Сейчас открыть его у меня просто не хватит сил.

Пытаюсь передвигаться на ощупь. Рядом с кроватью натыкаюсь на перевернутый поднос и какую-то разбросанную посуду, фрукты, стакан с разлитой жидкостью. Теперь понятно, что так громко звенело, отдаваясь в больной голове.

Еще пара шагов вдоль стены и нахожу светильник. Щелчок и комнату заливает свет. С непривычки он режет глаза, и я прикрываю их руками, при этом с любопытством осматривая свою тюремную камеру.

Обстановка даже приятная. Приличных размеров кровать, тумбочка, платяной шкаф, стеллажи с множеством книг, небольшое окно с занавесками в мелкий цветочек, две двери в другом конце комнаты.

Огибаю пространство по периметру, опираясь о стену. Знаю, кротчайший путь между двумя точками по прямой, но не в моем случае. Ноги не желают слушаться, а голова, кажется такой тяжелой, что приходится ее придерживать одной рукой, чтобы не укатилась, будто колобок.

Отчаянно дергаю за ручку двери справа — закрыта. Перехожу к следующей, легкое нажатие и деревянное полотно подается мне навстречу. Ванная комната и унитаз! О, чудо! Наверное, еще никогда не была так рада этой встрече. Даже не знаю, чего хочу больше, наконец пописать или напиться воды из-под крана. Нет, сначала всё-таки писать, кажется, не делала этого целую вечность.