С сожалением сообщаю тебе, что наш брат совершенно влюблен в Марию Кэрри (Мария Болейн), а она – в него. Мне кажется, что если бы они были свободны, то он непременно бы на ней женился, но ни у кого из них нет этой свободы. Брачные клятвы нерушимы. Если мужчина сможет оставить свою жену, потому что полюбил другую женщину, то что тогда станет со всеми нами? Какой брак продержится дольше первого года? Что значит тогда эта клятва, произносимая у алтаря, если ее можно нарушить? Как тогда вообще доверять клятве верности, будь то между королем и подданным, хозяином и работником, если брачная клятва станет временной? Если брак станет ненадежным, то и на все остальное надеяться не придется.

Ты не можешь стать той самой Тюдор, которая покажет миру, что на наше слово нельзя положиться. Ты должна сыграть свою роль в этом, должна принять своего мужа и терпеть его, как можешь. Умоляю тебя! Мы не можем жить в семье, в которой допускается аннулирование брака! Мы слишком недолго на троне, чтобы выдержать испытание осуждением за наше поведение, чтобы наши наследники могли превратиться в бастардов. Прошу тебя, Маргарита, прими своего мужа, ради всех нас, и скорее напиши мне, что ты это сделаешь.

Я беру ее письмо с собой и спускаюсь по крутому склону холма прочь от замка, потом через распахнутые ворота, в которых стоят два французских стражника, внимательно следящих за тем, кто входит и выходит из замка. Я иду по лесной извилистой дорожке, затем вдоль ручья, который течет по направлению к деревушке, прилепившейся к склону холма недалеко от перекрестка, на котором устроен базар. Я иду совершенно одна, под голыми ветвями деревьев, поднимая сапогами пахнущие осенью листья. Выдался ясный, холодный день, с высоким голубым, как скорлупа утиного яйца, небом. Я думаю о Марии, о том, что она наконец решилась написать мне письмо, которое, она знает точно, мне не понравится, о Екатерине, холодно предупреждающей ее о том, что если Генрих разведется со своей женой, то ни одна женщина в Англии уже не будет уверена в своем будущем. Я знаю, что это правда. В этом мире у женщин нет никакой власти: у них нет своего имущества, они даже не могут распоряжаться своими телами и не в состоянии защитить даже собственных детей. Жена обязана жить с мужем и позволять ему обращаться с собой так, как он пожелает, по-прежнему есть за его столом и спать в его постели. Дочь – собственность ее отца, а жена, которая вышла из брака, не нужна никому. По закону она лишается всех прав на имущество, и никто не станет ее защищать. Если женщина не может быть уверена при вступлении в брак, что она будет женой этого человека до своего смертного часа, то как ей тогда заботиться о своей безопасности? Если мужчина может оставить жену по первому своему желанию, то ни одна женщина не может быть уверена в своем будущем, своем достатке и даже своей жизни. Если король покажет всем, что брачные узы можно нарушить, то это будет означать, что любую клятву можно нарушить, и тогда все законы потеряют свою силу. И в мире, в котором мы живем, исчезнет порядок, который держится на законе и на страхе Божьем.