Когда фургон выравнивается, Роза прибавляет скорости. Я вижу справа от нас церковь. Мужское Жилище. Сад находится с другой стороны, но Роза даже не притормаживает возле него: никто не ждет, чтобы мы их подобрали, сестры Гармонии в дверях нет.

Роза нажимает на клаксон, и он пронзительно завывает. Она вдавливает педаль газа в пол, направляясь к воротам.

– Держитесь все! – кричу я и хватаюсь за спинку ближайшего кресла.

Но нам не удается пробить себе путь наружу.

Мужчины выстрелами пробивают нам шины, Роза не справляется с управлением, и вместо того, чтобы ударить в ворота передней частью, фургон скользит боком и ударяется о них под углом. Ворота шатаются, но силы удара недостаточно, чтобы выбить их.

От толчка я ударяюсь об оконное стекло, и на секунду это оглушает меня. Этой секунды оказывается достаточно, чтобы кто-то распахнул водительскую дверцу и выволок кричащую Розу наружу. Вторая дверца тоже открывается; в фургон врываются мужчины, они тащат к выходу женщин, а те отбиваются ножами и кулаками и кричат. Это полный хаос.

Голова у меня болит, я чувствую себя неуклюжим, но почти сразу преодолеваю это, потому что надо сражаться. Я, наверное, должен испытывать страх и желание убежать – но чувствую, как по моему телу, словно прохладная волна, распространяется странное спокойствие. Бежать некуда. Я не боюсь. Я не сошел с ума. Я просто беру шокер и стреляю из него в первого же мужчину, которого вижу. Я не забываю нажать на кнопку и смотрю, как этот человек кричит и падает, дергаясь. Не знаю, можно ли воспользоваться этим шокером еще раз, но мне все равно. Я замахиваюсь болторезом на следующего мужчину, который лезет в фургон, и бью его в живот. Он опрокидывается на спину. У следующего есть пистолет, и он врывается в салон и целится в кого-то, кто дерется рядом со мной. В одну из старших женщин. Я хватаю его за запястье и выкручиваю, и выстрел уходит в потолок. Я не могу использовать болторез, – здесь слишком тесно, чтобы размахнуться, – поэтому бью его кулаком. Боль простреливает до самого плеча, словно я переломал себе все кости, но я не обращаю на это внимания, просто не могу. Я должен остановить его, все равно как.

Однако он крупнее и сильнее меня, и когда ударяет меня в ответ, я падаю. Это не так уж больно, просто на секунду все становится белым, а когда я смаргиваю эту белую пелену, вижу, что он стоит надо мной, направив на меня пистолет, и понимаю, что сейчас умру. Теперь мне страшно, все мое тело холодеет, но я скалю зубы и кричу, и жалею, что не пошел за Сэмом. Я жалею, что его здесь нет, я хочу увидеть маму, но уже слишком поздно…