– Не нужно проявлять такое любопытство, – сказал Кармин, заметив ее.

– Мне просто стало интересно.

– Это одно и то же, – едва слышно пробормотал Кармин, после чего добавил: – Просто будь осторожна, хорошо? Ты же знаешь, что я нервничаю из-за этого.

Достав себе из холодильника содовую и захватив вишневую колу Кармина, Хейвен проследовала за ним в гостиную. Они устроились на диване и приступили к ужину, разговаривая и смотря телевизор. После того, как они наелись, Кармин убрал оставшуюся еду и, достав белый пакет, открыл его. Он рассмеялся, вывалив его содержимое на кофейный столик. Хейвен шокировано окинула взглядом целую дюжину печенья с предсказаниями, читая надпись на прозрачной упаковке. Они сделали заказа в китайском ресторане «Satay», а печенье им доставили из заведения под названием «Ming Choy».

– Ты их так напугал, что они купили печенье в другом ресторане.

– Наверное, следовало дать им за это побольше чаевых, да? – спросил Кармин, не сумев скрыть того, что сложившаяся ситуация позабавила его. Взяв одно печенье, он положил его на колени Хейвен, после чего взял одно для себя. Достав печенье из упаковки, он быстро разломил его пополам, дабы прочесть предсказание.

– Очень важно никогда не переставать задавать вопросы, – прочел Кармин, после чего откинул предсказание и перешел к следующему. – Ерунда какая-то.

Рассмеявшись, Хейвен достала предсказание из своего печенья.

– Твоя мечта станет явью тогда, когда ты меньше всего будешь этого ожидать, – прочла она предсказание с полоски бумаги и откусила кусочек печенья. Кармин поморщился, увидев это. – Мои мечты уже стали явью: семья, друзья, колледж, брак. Больше мне ничего не нужно.

– Ты еще не замужем, tesoro.

– Я знаю, – улыбнувшись, она посмотрела на полоску бумаги. – Завтра.

– Завтра, – согласился он.

* * *

На следующий день Хейвен стояла перед большим винтажным зеркалом, ошеломленно вглядываясь в свое отражение.

Верхняя часть ее завитых волос была убрана назад, фата была закреплена небольшой золотистой тиарой. Ее белое платье на одно плечо было простым и длинным, низ переходил в шлейф. Из обуви она предпочла туфли на каблуке. Ее образ не был броским, но определенно был красивым – именно таким, каким Хейвен его себе всегда и представляла.