Стоило сгуститься сумеркам, и Мери принялась действовать. Потянулась, разминая тело, затем проворно взобралась по ящикам, поминутно рискуя развалить шаткое сооружение, и вскоре оказалась на крыше. Осторожно, согнувшись вдвое, она бесшумно ступала по скользкой черепице, а тем временем внизу, на улице Ласточки, шли приготовления с целью ее погубить.

Колокол ударил одиннадцать раз. Встреча была назначена на полночь. У Мери было вполне достаточно времени на то, чтобы обосноваться на месте раньше, чем появится Эмма.

Без труда достигнув конька крыши особняка, Мери обвязала веревку вокруг каминной трубы и надежно закрепила ее при помощи одного из тех морских узлов, которые так любила. Затем, еще раз проверив, прочно ли завязана веревка, соскользнула в пустоту, устремившись к своей цели.

Ночь была светлая, улицы тихи. Стоило ей зашуметь, и она тотчас бы привлекла к себе внимание своих палачей. Она не могла позволить себе ни малейшей ошибки.

Какое-то движение внизу заставило ее замереть на месте. Перед домом только что остановилась карета, к ней навстречу плыли два фонаря.

Мери закрепила свое положение на веревке, обвив ее ногами, и укрылась в тени фронтона. Затаила дыхание, чтобы услышать, о чем говорят внизу: она была совершенно уверена в том, что этот поздний визит не был случайным совпадением. Со своего места она не могла разглядеть лиц, но тотчас и безошибочно узнала вышедшую из кареты Эмму по ее гордой осанке и решительной походке. В ярости оттого, что не может убить гадину немедленно, как мечтала, Мери еще крепче стиснула веревку и без того судорожно сжатыми пальцами. Закрыв глаза, она постаралась сосредоточиться, чтобы ничего не упустить из перешептываний, которые поднимались к ней вместе с ледяным ветром.

— По-прежнему ничего, — заверил хозяйку только что приблизившийся к ней Джордж.

— А как обстоит дело с мэтром Дюма? — спросила Эмма.

— Ничего не хочет слышать и отказывается вмешиваться в эти дела без письменного распоряжения Балетти. Он заперся у себя.

— Мне следовало догадаться о том, что с ним у нас будут затруднения, — с досадой проговорила Эмма. — Это меняет мои планы. В его доме все прошло бы незаметно, а так я не могу открыто участвовать в нападении. Где твои люди?

— На местах. Все улицы под наблюдением. С какой бы стороны она ни пришла, мы непременно ее заметим. Нас известят свистом о ее появлении. Сколько бы она ни взяла с собой охраны, она не может представить себе, какими средствами мы располагаем для того, чтобы ее поймать. Не беспокойтесь, мадам, Мери Рид от нас не ускользнет.