— Что? — вибрация в голосе выдала зарождающуюся панику. Ира услышала только конец разговора, но этого хватило, чтобы уловить смысл.

— Все нормально, — как можно увереннее произнес Тимур. В несколько шагов сократил расстояние между ними, взял ее за руки и, ощутив, как она дрожит, настойчиво усадил на кровать.

— Я слышала разговор…

Мысленно выругавшись, Тим все еще продолжал сохранять мнимое спокойствие, пугать Ирину ему совершенно не хотелось.

— Ир, все будет хорошо. Я сейчас пойду и разберусь, а ты сиди здесь и жди меня. Хорошо?

— Как ты себе это представляешь? — сыронизировала она, указывая на его физическое состояние.

— Пока не знаю… — честно ответил он, четкого плана действий так и не было.

— Я пойду с тобой…

— Нет! — Громов крикнул так громко, что Ира вздрогнула от неожиданности, но он не смягчился ни на йоту, считал себя правым и не собирался уступать ни на миллиметр. — Я все сказал!

— Тим… — предательские слезы задрожали на ресницах.

Романова переживала и за Таню, и за Тимура. Обоих бесконечно любила и боялась даже представить, что будет, если с кем-то из них что-то случится.

Громов был несгибаем, прекрасно знал, что, если даст слабину, Иру будет не победить — она сделает все, чтобы поступить по-своему, а этого он допустить не мог.

— Не дай тебе бог выйти из этой палаты… — жестко предупредил Тимур и направился к двери, но Ирина поймала его за запястье.

— Я не могу потерять тебя еще раз…

Тим не выдержал. Вся его стойкость рухнула в один миг. Он притянул ее к себе и крепко обнял.

Время стремительно утекало, а он все никак не мог разжать объятья, всеми силами старался успокоить, поделиться своей уверенностью.

— Ты меня не потеряешь. Все будет хорошо, — отстранился и заглянул ей в глаза. — Пожалуйста, хоть в этот раз сделай так, как я прошу… Думай о ребенке.

Ира жадно впитывала его взгляд и верила каждому слову. Что бы ни случилось, готова была броситься в бой вместе с ним, но сейчас отвечала не только за свою жизнь и не имела права подвергать ее опасности.

— Хорошо. Только обещай быть осторожным.

— Обещаю, — Громов поцеловал ее в висок и, не оборачиваясь, пошел к двери.