Мы провели вместе несколько дней. Этого казалось бесконечно мало, но выбирать не приходится. Расставаться всегда тяжело, но уже через трое суток я была у себя дома. Едва сообщила Алле, что вернулась, как она тут же нарисовалась на пороге. Снова пригласила её на кухню поболтать за чаем, появилась некая с ней традиция – разговоры в кухне за чашкой чая.

– Ну как он? – расспрашивала она с любопытством.

– Нормально, – ответила я. – Похудел немного, постригли его под ноль. А так – всё тот же Вадим. С ребятами, говорит, отношения сложились неплохие, никто его не прессует.

– Если и прессуют, нам он не скажет, – пробурчала себе под нос мама Вадика.

– Я тоже так думаю, – встретилась взглядом с синими глазами. Кажется, мы все же понимаем друг друга гораздо больше, чем может показаться. – Но Вадим сумеет постоять за себя.

– Это уж точно, – отпила Алла ещё чая. – Боец он у нас. За это и сидит.

Я опустила глаза. Не люблю об этом говорить. Прекрасно помню, как его мать обвиняла во всём меня, и я не могу сказать, что она не права…

– Извини, это не тебе в огород камень, – сказала она, считав абсолютно верно мою реакцию.

– Я же понимаю, что вы думаете по этому поводу, – подняла глаза на неё. – И вы правы. Я виновата во многом. Только ничего уже сделать всё равно нельзя. Я не могу обернуть время вспять.

– Алин, – женщина внезапно довольно мягко взяла меня за руку. – Не кори себя. Знаешь, я… много думала над вашей историей. И ещё…

Она замялась на время, будто размышляя, стоит ли мне говорить или нет.

– Вадим рассказал мне всё, – решилась она всё же договорить начатое. – Про твою маму, семью, про брак с Виталиком.

Вот как. Сидела и смотрела в свою чашку. Так Алла теперь всё знает. Может, и к лучшему? Чего уж теперь, рассказал так рассказал. Только бы ещё хуже обо мне не стала думать после этих «весёлых историй».

– Не тушуйся, – сжала она мою ладонь сильнее, привлекая внимание. – Я стала тебя понимать. И Вадима. Ничего тут нет стыдного. Дети не в ответе за родителей. Очень жаль, что тебе пришлось пройти подобное. Всем нужна семья и мама, а у тебя этого не было. Конечно, ты не знаешь, как поступать правильно, ведь даже подсказать некому. Виталик твой первый парень? Ты понимаешь, о чём я.

– Да, – ответила я честно.

Как она догадалась? Я никому не говорила об этом.

– Тогда мне твоё поведение и позиция более чем ясны. Хотя я по-прежнему не одобряю твои метания, но теперь как-то уважаю даже тебя, понимая, почему именно так ты вела себя. Не хотела быть предательницей и хранила верность, сколько получалось. Тем более, первый парень… Это вовсе нелегко – разорвать такие отношения и согласиться сразу же на другие. И посоветовать было некому, ты совсем одна, бедная девочка… Такая красивая и такая одинокая оказалась. Но Вадим настырный, я-то знаю.