Вошла миссис Хэнсон и объявила, что стол накрыт.

— Я сделала омлет, мэм, — сказала она. — Если бы у меня было больше времени…

— Прекрасно! — перебила ее Дебора. — Уверена, что омлет чудесный. Миссис Хэнсон — лучший повар в Девоншире, — добавила она, улыбаясь.

Омлет и в самом деле был великолепный, как и яблочный пирог и сливочный варенец[25].

— Настоящие девонширские сливки! — радостно сообщила Дебора. — Чувствуете разницу?

Особой разницы я не почувствовала, но сказала, что действительно очень вкусно.

— Корнуэльцы говорят, что мы у них научились делать такой варенец, а на самом деле это они научились у нас.

Мы обе развеселились, и я подумала, что хорошо все-таки, что я приехала, и Дебора права — было бы очень опрометчиво с моей стороны гостить у Клементов.

Кофе мы пили в гостиной, а потом Дебора показывала мне дом. Сначала она повела меня в мою комнату на верхнем этаже. Это была большая, странной формы комната с двумя окнами. Потолок был слегка покатый, повторявший уклон крыши, и эта неправильность придавала комнате очаровательное своеобразие. Односпальная кровать помещалась в алькове, из другой мебели я увидела письменный стол, платяной шкаф и маленький столик у кровати. Покрывало и ковер были голубые, чуть темнее обоев.

— Восхитительно! — сказала я.

— И на самой верхотуре, под крышей. Тут всегда много света и воздуха. А посмотрите, какой вид.

Я подошла к окну. В лунном свете был виден сад перед домом и дальше болота с зарослями вереска.

— Вот при дневном свете посмотрите, — сказала мне Дебора. — Тут вересковые болота на мили кругом. Такая красота!

— Завтра пойду погуляю.

Она не ответила, с мечтательной восторженностью глядя вдаль. Потом, встряхнувшись, сказала:

— Давайте, я помогу вам разобрать ваши вещи.

— Спасибо, на я сама справлюсь. Я захватила только самое необходимое.

— Тут полно места.

Она открыла дверь шкафа. Я вынула два платья, которые захватила с собой, ночную рубашку, еще какую-то мелочь и повесила на плечики.

— А теперь, — сказал Дебора, — я покажу вам дом.