Окончательно управившись с уборкой, Света ещё раз внимательно огляделась вокруг: не забыла ли чего? Взгляд её упал на висевшую в простенке между двумя окнами фотографию. Она уже видела её много раз. И в Нальчике Катя показывала Свете этот фотоснимок. На нём Катя была очень красиво одета. Волосы тщательно расчёсаны и заброшены за спину. В меру использованные пудра и другая косметика, родинка, посаженная тушью над верхней губкой, как тогда было модно, делали Катю ещё милее и привлекательнее. Глаза её светятся счастьем. Нежная улыбка чуть тронула губы. Свете даже показалось на мгновение, что перед ней не фотография, а сама Катя. Света ещё ближе подошла к портрету, и сердце стиснула острая боль. Предчувствие чего-то ужасного, непоправимого тревожным холодком заползло о душу. «Дорогая Катюша! Что же с тобой случилось? Почему ни слуху о тебе, ни весточки? А Фазыл с таким нетерпением ждёт тебя. Писем от тебя всё нет и нет, но он гонит от себя недобрые предчувствия и мысли. Четыре года ждать исполнения заветной мечты, единственной в жизни цели, четыре года ждать любимую и потерять её уже после окончания войны… Как это тяжело! Но почему потерять?» Света испугалась этих мыслей своих, отвела глаза от фотографии и быстро вышла из комнаты.

… Когда вошёл Фазыл, Рустам был дома один. Мухаббат, едва забрезжил рассвет, ушла в поле. А тётушка Хаджия с восходом солнца спеленала Адхамджона и понесла его в ясли. В доме надолго воцарилась тишина.

Рустам лежал навзничь на курпаче и, подложив ладони под голову, думал. За последнее время он заметно исхудал, под бледной кожей резко обозначились скулы. Прибавилось морщин. Он перестал обращать внимание на свой внешний вид. На нём помятая сетчатая рубаха, поверх которой ватная безрукавка. Брюки тоже ватные. Несмотря на то, что в комнате топится печь, одежды этой Рустам не снимает. Он стал очень чувствительным даже к малейшему сквозняку.

Услышав шаги, Рустам повернулся на бок.

— Кто это?

— Человек, которому надо в собес, до сих пор лежит и поплёвывает в потолок? — начал Фазыл полушутливо.

— А, это ты… От кого это ты узнал, что мне надо в собес? — удивился Рустам.

— Мухаббат через Сапуру передала. И ещё сказала, что мне надлежит побрить вас, уважаемый.

— Вот оно что! А я как раз над этим и ломал голову, не знал, к какому из замечательных мастеров обратиться. Ты-то за последние дни совсем пропал…

Фазыл поставил посреди комнаты стул и так же полушутя скомандовал:

— Сержант Шакиров, на огневую позицию!

— Есть! — с готовностью принял шутку Рустам,

Фазыл помог другу подняться и осторожно усадил его на стул. Затем обмотал вокруг шеи Рустама полотенце, взбил мыло и начал намыливать ему щёки и бороду. Направив бритву и уже приготовившись брить, спросил вдруг: