Глава десятая

Глава десятая

Неделю спустя после своего дня рождения Лора сидела одна в кухне маленького домика на Принсес-Террас. Это была худшая неделя в ее жизни, за которую она дошла до полного душевного и физического истощения. Похороны состоялись утром, но она все еще была в черном пальто и шляпке. Лора чувствовала такую усталость, что у нее не было сил поднять руки и расстегнуть одежду. К тому же в доме было очень холодно, потому что у нее не было денег, чтобы купить угля.

В тот день мистер Брюс проводил ее в больницу, куда увезли ее отца. С ним случился сердечный приступ, сказали ей, вызванный волнениями и переутомлением. Отец был еще жив, но через два дня умер, не приходя в сознание.

Все были очень добры к ней, но Лора отказалась от посторонней помощи, потому что подготовка похорон помогала ей заполнить вакуум в душе. Даже ее одинокие пустые вечера были заняты делами, когда она прибирала и чистила дом сверху донизу. У нее было странное ощущение, будто она смотрит на себя со стороны. Это чувство нереальности немного притупляло ее горе и позволяло четко и методично выполнять всю работу. Но вот похороны состоялись, и Лора больше не могла не замечать пропасти, разверзшейся у ее ног. Она вынуждена была признать, что отец мертв, и что она потеряла единственного близкого человека и друга, который у нее был. К тому же она столкнулась с еще одной свалившейся на нее проблемой — у нее не было денег. Она не могла платить за этот дом, а в школе она зарабатывала слишком мало, чтобы этого хватило на жизнь. Пропасть стала еще шире, когда Лора полностью осознала, что у нее нет ни денег, ни дома, ни средств к существованию. Неожиданно слезы навернулись ей на глаза, и она сердито смахнула их рукой. Она не плакала по отцу, и, уж конечно, не будет плакать от жалости к себе.

Погруженная в отчаяние, Лора продолжала сидетъ в сгущающихся сумерках февральского дня, пока стук в дверь не вывел ее из оцепенения. Это была Джулия. Удивленная ее приходом, Лора проводила ее в гостиную. Машинально она подошла к столу, чтобы зажечь лампу, но вдруг вспомнила, что не надела очки. Поэтому она оставила в комнате полумрак, рассчитывая, что при таком освещении Джулия не разглядит ее лицо. Но Джулия ничем не дала понять, что заметила какие-либо изменения в ее внешности.

— Как здесь холодно, — поежилась Джулия, намереваясь уже снять перчатки, но оценив температуру в комнате, передумала.

— Простите, леди Джулия, я не подумала о том, чтобы зажечь камин, — солгала Лора, покраснев от стыда.