Это правда: она ни разу не была у меня в квартире. Я ни разу не возил ее к Люси. Не делился с ней ничем существенным. И при этом провел с ней целый год. Все это, конечно, неправильно, но я отметаю эти мысли.

– У тебя серьезные проблемы с привязанностью, Джек. – София вздыхает и окидывает взглядом мои плечи. – Это так трудно и даже грустно, когда у тебя не хватает смелости к кому-то привязаться.

Эти слова жалят, потому что в них есть правда.

Ее изящные плечи приподнимаются и опускаются в долгом вздохе.

– Все равно мне жаль… жаль, что у нас не получилось.

– Зачем тогда все это вранье? – не выдерживаю я. – Зачем тебе разговор со мной, София? Ты мне отомстила своей книгой. По-моему, нам с тобой больше нечего обсуждать.

Она делает большой глоток вина и поднимает на меня полные слез глаза.

– Джек, как ты можешь быть таким бесчувственным к тому, что у нас было? Я любила тебя. – Ее голос дрожит, по щеке катится слеза. В деланом смятении она не знает, куда деть руки, роняет голову, лезет в сумочку за платочками.

От ее слов я задыхаюсь. София много раз к ним прибегала, особенно в последние наши месяцы, и всегда с таким видом, как будто требовала ответного чувства, но его никогда не было. Я был с ней покладистым, тратил на нее время и преданность, ни на кого, кроме нее, не смотрел. Да, я бы мог когда-нибудь ее полюбить, если бы она оказалась тем человеком, за которого я ее принимал.

И все-таки от ее слов о любви ко мне я ерзаю. Она говорит, что у меня проблемы с привязанностью, и в этом она права, и часть меня знает, что дело не только в предательствах и в желании других использовать мой успех в личных целях. Мое чувство неприкаянности и настороженности можно проследить от матери и до Харви. Любить – значит допустить свою уязвимость, предоставить другому возможность причинить тебе вред. Кому такое захочется?

Но из-за того ли София нанесла мне удар, что я не привязался к ней, не полюбил? Нет.

Вина за это лежит на ней самой: это был ее собственный выбор. София поверхностная, когда что-то происходит не так, как ей хочется, она находит способ добиться своего.

Я откашливаюсь.

– Ложью нельзя добиться любви, София. Своим уходом ты попыталась мной манипулировать. Ты решила, что так ты заставишь меня действовать. Ничего не вышло. Увидев это, ты нанесла удар. Ты знала, как мне важна моя приватность.

Я думаю про Елену: вот кто не лжет! Елена никогда не сделала бы ничего подобного.

София удрученно качает головой.

– Мне очень жаль. Мои родители мучаются от внимания, которое все это к ним привлекло. Да и вся семья тоже.