Выхожу.

Скольжу внутрь.

— Все хорошо?

— Да. — Она задыхается, наблюдая, как мои бедра двигаются вперед. Назад. Вперед.

Я заглядываю между нашими телами, моя рука на ее тазу крепко прижимает нас друг к другу, круг за кругом мой мозолистый большой палец скользит по ее киске.

— Ты так хорошо чувствуешься, детка. — У меня почти не осталось воздуха в легких.

Я чувствую, как мое лицо искажается, и мне кажется, что я в ужасе — она такая чертовски тугая. Так крепко сжимает меня.

Мечта.

Круг за кругом.

— Тебе это нравится?

Она кивает, закусив губу.

— Тебе это нравится?

Еще один кивок, и ее голова бьется о подушку — фантастический знак. Она кончит, даже если это убьет нас обоих.

Я хочу врезаться в нее так сильно, что мои ягодицы напрягаются, самоконтроль — единственное, что удерживает меня.

Тихий секс никогда не был моим стилем — я люблю громкий, грязный и жесткий, — но есть что-то, что стоит упомянуть — это у нас с ней есть сейчас, здесь, в этот момент.

Это больше, чем физическая связь, потому что я люблю ее.

Затем происходит нечто невероятное.

Глаза Скарлетт расширяются, на этот раз не от боли, а от удовольствия. Щеки пылают, сиськи подпрыгивают, когда я толкаюсь чуть сильнее, большой палец все еще работает на горячей кнопке между ее ног.

— Ох… — стонет она.