– Ага.

Джун подготавливала инструменты и тестеры Папаниколау[50], пока Джон измерял ей кровяное давление.

– Расскажешь все сейчас или потом? – спросил он ее.

– Потом.

– Хорошо. Джун, можешь подготовить аппарат УЗИ? Спасибо. Мэл, ляг и прими положение, которое я попрошу, хорошо?

Он завел ноги Мэл в специальные опоры-подколенники, придерживая ее на случай, если она промахнется и завалится на пол. Когда она смогла занять нужное положение, он сел перед ней на табурет и натянул резиновые перчатки. Затем ввел ей внутрь влагалища зеркало.

– Сколько времени прошло?

– Три месяца, – ответила она тише обычного. – Примерно.

– Поздравляю, – сказал он. Рядом с ней, нагревшись, запищал аппарат ультразвука. Он вытащил зеркало, взяв мазок Папаниколау, и осторожно пальпировал матку, измеряя ее размер.

– Ты мало уступаешь мне в профессионализме, Мэл, – произнес он. – Примерный срок ты вычислила верно. Хорошо. Очень хорошо.

Он взял ультразвуковой стержень; поскольку это была ранняя беременность, он использовал внутренний зонд для более точного результата, вместо того чтобы водить им по еще плоскому животу Мэл.

– Поверни голову, Мэл, – попросил он. – Это так красиво.

Она посмотрела на монитор. Из ее глаз струились слезы, стекая по волосам на виски. На мониторе просматривалось маленькое существо, которое шевелилось в ее утробе, его конечности уже можно было рассмотреть наметанным глазом. Некоторое время они наблюдали за новой жизнью; от переизбытка чувств у Мэл началась легкая икота, и она прикрыла дрожащей рукой рот.

– Примерно двенадцать недель, – сказал Джон. – У тебя до этого была масса выкидышей. Мы распечатаем тебе фото, но через несколько недель вид станет намного лучше.

Он вытащил зонд и помог ей сесть. Джун оперлась бедром о стойку, а Джон вернулся на свой стул.

– У тебя превосходное здоровье, – объявил он.

Джун протянула ей салфетку.

– Я тоже все видела, Мэл, – сказала Джун. – Поверь мне.

Наконец Джон решился спросить:

– Так в чем дело, Мэл? Как мы можем тебе помочь?