Благодаря высоченным шпилькам могла прямо смотреть в его глаза, не запрокидывая голову. Так даже лучше. Чувствовала себя равной ему. Лёшка сейчас был таким напряженным, таким сексуально- возбужденным, что сосредоточившийся внизу живота плотный узел заныл мучительно-сладкой болью. Теперь понимала, что выражение «хотеть до боли» подразумевало под собой реальный подтекст. У неё тоже всё болело, ныло от неутоленного желания.

Ноги подкашивались, будучи не в силах выдержать скопившееся на протяжении вечера сексуальное напряжение. Переместив ладони выше, вцепилась в рубашку пальцами и настойчиво приникла к жестким губам. Он не заставил себя ждать и тут же ответил на её смелость дразнящим покусыванием нижней губы. Как же кружилась голова от его настойчивого языка, опытных, скользящих вдоль тела рук. Терялась от их прикосновений, задыхалась от ощущения на раскаленной коже.

Лёшка поспехом достал ключи, распахнул дверь и затолкал её в прихожую, осыпая шею влажными поцелуями. В ушах громко пульсировало сердце, в горле пересохло от бушующего внутри пламени. Не дав Владке опомниться, резко развернул к себе спиной, в одночасье вжикнув молнией на платье. Девушка в мгновение ока оказалась абсолютно голой. Округлая грудь ощутимо дрогнула под его грубой ладонью. Пришлось стиснуть зубы и обхватить упругую плоть более нежно.

В голове помутнело. Не прекращая играть с возбужденными сосками, Гончаров кое-как расстегнул на рубашке пуговицы, освободился от брюк, стащив их вместе с боксерами и, прижавшись окаменевшим членом к аппетитным ягодицам, хрипло застонал, заскользив раскрытым ртом по хрупкой шее.

Влада прогнулась в спине, подставляя под его пах промежность и прижавшись ладонями к дверям, мазнула по крупной головке половыми губками.

Лёшка рыкнул и, собрав длинные волосы в хвост, зажал их в кулаке, заставляя Владу ещё сильнее прогнуться в спине.

— Моя страстная девочка, — прошептал хрипло, вызвав россыпь мурашек. Поцеловал шею, укусил за плечо, вынуждая вскрикнуть от остроты ощущения, и едва не кончая от соприкосновения с сочившейся влагой дырочкой, плавно погрузился в сладкую и такую тесную глубину.

Это было, как и обещал себе, глубоко и сильно. Слетел с катушек, ничего не видел и не слышал, и кайфовал оттого, что Влада и не думала противиться, наоборот, двигалась вместе с ним, насаживаясь едва не на всю длину. А когда он прижал её к себе, откинула голову назад и в страстном порыве обхватила свою грудь обеими руками.

Сейчас. Ещё немного, ещё глубже. Гончаров гулко зарычал. Его девочка. Только его. Сглотнул, успокаивая сорвавшееся с цепи сердце, и провел по её животу тыльной стороной ладони, собирая бисеринки пота, после чего спустился ниже, и властно накрыв лобок, принялся поглаживать клитор. Влада громко вскрикнула, почувствовав подступивший оргазм. И этот крик, наполненный желанным освобождением, убил в нем последние остатки самоконтроля. Влада ещё вибрировала от наслаждения, когда к ней присоединился и Лёшка. Едва успел выйти из неё и, хрипло застонав, излился на подрагивающие ягодицы. Это какой-то пздц. Снова на те же грабли.