Я погладила его по колену.

– Все будет хорошо. Обещаю.

– Нет, это ужасная ошибка. Не следовало им ничего говорить, – замотал он головой.

– Говорить правду не может быть ошибкой, – попыталась я его успокоить. За Джулиана говорили страх и многолетние сомнения. – Аури и Кэсси справятся. А если они вдруг окажутся засранцами – во что я не верю, – ты просто переедешь ко мне. Проблема решена, – пожала я плечами.

– Правда? – Кажется, мое предложение заинтересовало парня.

– Конечно. Но только если ты возьмешь с собой Лоуренса.

– Признайся, я нравлюсь тебе только из-за кота, – тяжко вздохнул Джулиан.

– Да, а еще из-за твоих денег, – подтвердила я.

Как и ожидалось, родители заблокировали все мои кредитки. Они, вероятно, надеялись, что я приползу на коленях, моля о прощении, но не дождутся. Ни секунды не пожалела я о своем решении дать им отпор. И деньги свои пусть себе в одно место засунут. Мне удалось кое-что скопить, еще отыскалась пара вкладов, открытых на мое имя, не говоря уже о квартире, владелицей которой я являюсь. Кроме того, теперь можно с чистой совестью продать дизайнерские шмотки из платяного шкафа – мама слишком долго навязывала мне их.

Некоторое время мы с Джулианом молча сидели рядышком, держась за руки в ожидании знака, что ребята готовы к разговору. Мы все ждали и ждали. Каждая секунда, казалось, проходила медленнее, чем предыдущая. Мы погрузились в безмолвие. Целиком обратились в слух. Но с той стороны двери не раздавалось никаких звуков.

Теперь и у меня вспотели ладони. До сих пор я и не думала сомневаться в Кэсси и Аури, но от томительного ожидания в голову полезли вопросы. А не ошиблась ли я? Напряжение в комнате можно было ножом резать, вдруг стало ужасно жарко. Неукротимое желание гнало меня открыть окно. И тем не менее я осталась подле Джулиана.

Только я хотела проверить, что их задержало, как вдруг в дверь постучали.

– Вот черт, – перепугался Джулиан.

– Ты справишься, – ободряюще я сжала ему руку.

Глубокий вдох – медленный выдох. Теперь Джулиан готов. Он расправил плечи и поднялся.

Аури стоял у кухонного стола, наливая воду в стакан, Кэсси так и сидела на диване. Глаза у девушки блестели – одно слово, и она разрыдается. Но увидев Джулиана, Кэсси просияла в улыбке.

Мы снова устроились в кресле.

Никто не решался заговорить первым. Тишину нарушал лишь Лоуренс, скребясь, как мышонок, в кошачьем туалете.

– Итак, вы… – взял слово Джулиан. Голос прозвучал тоненько, так что парень прокашлялся и заговорил снова. – Вы прочитали?

– Ага, – ответила Кэсси.