Кончиками пальцев я вела по его голому животу, мучительно медленно целовала его твердый пресс, постепенно спускаясь вниз, отчего дыхание Эммета заметно участилось. Он еще глубже утонул в подушках, когда я дошла до его паха и замедлилась. Мне не хотелось переусердствовать, но в то же время я уже не могла ждать. Пальцы Эммета впились в мою кожу, когда я к нему прикасалась. Он хватал ртом воздух, откинув голову.
– Эмбер… – хрипло произнес он умоляющим голосом, от которого мысли в моей голове словно парализовало. Я слегка отстранилась от него и увидела, как он лежит передо мной, обнаженный и прекрасный – голая кожа, возбужденное тело. Этот момент был так идеален, что у меня в голове все закружилось в танце.
Я склонилась над Эмметом и он начал часто постанывать. Он прикрыл глаза, а его тело будто пронзил электрический ток. Когда он открыл глаза и взглянул на меня умоляющим взглядом, у меня перехватило дыхание.
– У меня в ванной лежат презервативы.
– У меня тоже.
Мои губы тронула легкая ухмылка, когда Эммет поцеловал меня и перевернулся на бок. Прежде чем подняться, он прижался ко мне своей эрекцией, и я с трудом сдержала стон. Я пожирала глазами его обнаженный силуэт, пока он шел до ванной. Моя грудь вздымалась от волнения.
Снова оказавшись подо мной, он зашуршал фольгированной упаковкой, а я вновь его поцеловала. Пальцы Эммета дрожали, и я молча взяла у него из рук упаковку и отточенным плавным движением оторвала край пакетика. Эммет, затаив дыхание, откинулся назад, пока я надевала на него презерватив. Когда я схватила его за руки и вдавила их в подушки над его головой, его дыхание участилось. Мои губы скользили по его губам, он приоткрыл рот, и тогда я поцеловала его со всей своей страстью.
Его бросило в дрожь, когда я опустилась на него тазом, а когда он в меня вошел, то и меня накрыла волна эмоций. Это чувство было сильнее меня, но я преодолела желание прикрыть глаза ради того, чтобы видеть его лицо. Я старалась не моргать, чтобы не пропустить ни секунды, настолько важен был для меня этот момент. Видеть, как Эммет проникает в меня, сейчас важнее всего на свете.
У него перехватило дыхание, и я на секунду испугалась, что он уже никогда не сможет выдохнуть. Его мышцы напряглись, щеки порозовели и стали горячими. Эммет застонал, его руки напряглись, но я держала их крепко и чувствовала, как горько-сладкая пытка еще больше сводит его с ума. Я уже понимала, что это долго не продлится, но ничего страшного, все хорошо – так, как и должно быть, и я от всего сердца надеялась, что мое изголодавшееся тело раз и навсегда даст ему понять, насколько он желанен. Как он невероятно горяч, нежен и идеален.