Когда они приехали на дачу, день уже разгорелся, но продолжал наливаться огненным жаром. Густо пахло соснами, синие гроздья дельфиниума, росшего вдоль забора, подрагивали от кружащих вокруг пчел. В доме стояла прохлада и сумрак. После уличной жары Инге всегда казалось, что она как будто входит в пещеру. Она распахнула везде окна, чтобы воздух здесь тоже пропитался теплом, хотя знала, что только комары налетят.

Они с Максимом мгновенно переоделись и ринулись на Волгу. Их маленький пляжик был переполнен людьми, на мелководье плескались и верещали дети, по реке, пуская на берег волны, проплывали баржи. Вода была холодная, и Максим заходил в нее медленно, подолгу стоя на одном месте и привыкая к температуре. Инга, наоборот, разбежавшись, стрелой влетела в реку, окатив тучей брызг какого-то дедушку с ребенком.

Это было ее первое купание за год, и она плавала с наслаждением, ныряла, изо всех сил бултыхала ногами и руками, пока вспененная вода не начинала приятно щекотать тело. Максим уже давно вылез и обсыхал на берегу, а Инга все не могла наплаваться. Вот чего ей не хватало последние недели! В воде Инга ощущала себя легкой, как перышко, гибкой и сильной, такой уверенной в себе, что сейчас казалось – ей все по плечу.

Когда она упала рядом с Максимом на расстеленное полотенце, он, уже разомлевший на солнце, слегка отодвинулся. Поэтому Инга специально положила ледяную ладонь ему на живот, а потом и вовсе прижалась к его боку. Максим с притворным гневом отбивался, Инга хохотала и одновременно думала, что со стороны они наверняка выглядят влюбленной парой. Ей это нравилось. Водить людей за нос было чистейшим удовольствием.

Они вернулись в дом, достали из-под навеса мангал и стали жарить шашлыки. Пить начали сразу, и к шести вечера Ингино сознание восхитительно затуманилось. Дневной свет стал мягче, стволы сосен в нем казались розоватыми. Инга полулежала в полотняном кресле, Максим рядом – в точно таком же. Они неспешно разговаривали, и Инга чувствовала себя самым счастливым человеком на земле. Она словно покачивалась на невидимых волнах. Все вокруг казалось ей сказочным: высоченные деревья, вздымавшиеся над ее головой, отцовский дом, похожий на замок, пульсация жара в глубине прогоревших до белизны углей.

Максим пошел в сарай, чтобы принести еще дров, а Инга открыла тиндер и начала лениво смахивать анкеты. Она сразу вспомнила предостережение Максима, но только улыбнулась себе под нос. Впрочем, сейчас что угодно вызывало у нее улыбку. Так она листала некоторое время, а потом замерла. С экрана на нее смотрел Илья.